Тот, кто ловит мотыльков

Казалось, известие о Цыгане поразило ее едва ли не больше, чем девочку. В ответ на Машину просьбу она молча кивнула и поковыляла к машине, не переодеваясь и не переобув тапочки.

Маша села за руль и сунула ей телефон.

– Навигатор уже открыт. Вбейте адрес клиники. Вы его помните?

Первые десять минут дороги она мысленно молилась о том, чтобы не угробить пса, затем – о том, чтобы не угробить подвеску, а потом просто вела машину, без всяких мыслей, следя за тем, чтобы не попасть колесом в какую-нибудь особенно жуткую выбоину.

Пару раз ей казалось, что Беломестова издает какой-то звук, но когда Маша взглядывала на нее, она видела побледневшее лицо, сжатые губы и взгляд, устремленный перед собой. Возможно, бледность объяснялась Машиной манерой вождения. Эта мысль пришла Маше в голову, когда они затормозили возле одноэтажного здания ветклиники. Путь, на который, согласно навигатору, они должны были потратить чуть больше часа, был преодолен за двадцать восемь минут.

Маша боялась оборачиваться. Но Ксения уже выскочила, открыла дверь с той стороны, где лежал пес, и ждала взрослых.

– Полина Ильинична, давайте вдвоем.

Они занесли Цыгана внутрь. Там странная апатия, во власти которой Беломестова пребывала всю дорогу, словно испарилась. Староста громко объявила, что им нужна помощь, потребовала конкретного врача, и ее сделавшийся командным голос подействовал на двух неторопливых дам за стойкой регистратуры, как удар кнута на коров.

Прибежали люди, унесли Цыгана, и Маша осталась одна. Добрела до скамейки, села и провалилась в какое-то странное состояние: она снова мысленно вела машину, на этот раз собирая все ямы, мимо которых так удачно проскочила, и раз за разом ее с пассажирами выкидывало на обочину.

В кармане зазвонил телефон.

– Да?

– Привет! Все в порядке? – спросил Илюшин.

– Да… Почему ты звонишь? – Она вдруг ужасно испугалась. – Что с Сережей?

– С Серегой? – удивленно переспросил он.

 – Торчит возле стойки, выбирает между фо-бо и… слушай, я не воспроизведу это название. Похоже на кваканье очень старой жабы. А я уютно расположился за столиком, жду свой суп и кофе с булочкой. Решил позвонить тебе, узнать, как дела.

– Все нормально. – Маша даже улыбнулась. Фо-бо. Кофе с булочкой.

– Ага, – сказал Макар задумчиво. – То есть нет.

– Что – нет?

– Не все нормально. Что случилось?

Она молчала. Чертов Илюшин с его чертовым чутьем.