– Серьезно считаешь, что я смогу быть осторожным? Глупая, да я тебя порву и не замечу, а потом из кровати не выпущу, пока не трахну вдоволь! Так ты представляла свой первый раз?!
Я сглотнула, опустив широко распахнутые глаза.
– Нет… – проронила жалко. – Но я ведь… все понимаю! Я была готова к этому!..
Кажется Миша усмехнулся… Или рассвирепел еще больше! Потому что в следующий момент вдруг обнял ладонью мою шею сзади, и над ухом жестко произнес:
– Пошла. Вон. Отсюда.
Сердце подпрыгнуло к горлу. Внутри так резануло от чувства унижения и обиды, что слезы застелили глаза!
Медленно освободив мою шею, Миша отступил на несколько шагов, не спуская внимания с моего одеревеневшего тела.
– Прости… – стыдливо обронила дрогнувшим голосом, мельком взглянув на сурового мужчину напротив. На того, о ком столько глупых лет грезила! – Я думала… Я просто решила, что хоть немножко тебе нравлюсь!..
Боже, как же жалко это прозвучало!
Щеки ошпарило стыдом – я мгновенно пожалела о том, что сказала и ринулась к двери, желая скорее сбежать от внимания беспощадных карих глаз.
Замерев от неожиданности, я уставилась на дверь, которая только что захлопнулась. А в следующее мгновение поежилась от мурашек, ощутив на затылке горячее дыхание…
Глава 1
– Лина, ты готова? – позвала мама, требовательно постучав в дверь моей комнаты.
Встрепенувшись, я отвела взгляд от большого напольного зеркала и в волнении закусила губу.
– Еще минутку, мам, пожалуйста!
Она что-то недовольно проговорила, а я стянула с тумбочки резинку и принялась торопливо собирать свои длинные русые волосы в хвост. Передумала оставлять их распущенными. Все-таки не на свидание шла… Достаточно того, что платье напялила и чулки, которые, я надеялась, мама не увидит. Хотя платье было довольно скромное, несмотря на то что облегающее: темно-коричневое, из плотного атласа, рукав три четверти и юбка почти до колен.
Напоследок я встретилась в отражении со своими светло-серыми глазами. Они прямо искрились от волнения. Ведь мне до сих пор не верилось, что сегодня я увижу его… Димкиного лучшего друга, любовь к которому таила с четырнадцати лет!"
"Ничего не прошло – время не изменило моих чувств.