В этот же момент она увидела смятый лист, который я удерживала в дрожащих руках, забрала его и сосредоточила на содержимом хмурое внимание. Ее лицо изменилось на глазах, а растерянный взгляд устремился на мужа.
– Что это значит?
– Мам, это все фейк… – дрогнувшим голосом поспешила я уверить.
– Что?… – Она тут же посмотрела на меня, да так, словно впервые увидела! Даже отстранилась немного. – Но для чего, дочь?
– Ирина, выйди, я сам разберусь, – непреклонно велел отец.
– И как с этим можно разобраться?… – недоуменно спросила она, повысив тон и сотрясая проклятым листком.
Мамина реакция кольнула меня прямо в сердце. Взяв за руку, я поспешила ее убедить:
– Мамочка, все позади, правда! Я просто не хотела вас расстраивать… хотела сама справиться!.. А потом Женя пришел и неожиданно извинился перед всеми, и я…
Резкий грохот заставил меня замолкнуть – папа обрушил кулак на стол, и в кабинете повисла звенящая тишина. Мы с мамой оторопело проследили, как он обошел его и угрожающе остановился напротив меня.
– Значит, ты решила, от этого дерьма можно вшивым извинением отмыться? – небрежно выдал глава дома, обжигая взглядом. – У тебя совсем мозги потерялись или как?
– Игорь…
– Не вмешивайся, Ира! – отрезал он непреклонно. – Эта история уже не забудется, ты понимаешь?! Как бы эта бестолковая ни оправдывалась, и что бы тот мерзкий червь ни сказал – уже поздно! Мать вашу… Как можно быть такой наивной?
Это уже было мне. Грубо, бестактно, но аргументы в мою пользу таяли на глазах, поэтому мама не могла больше вступиться за меня.
И без того я была раздавлена этим испытанием, еще осуждения отца мне не хватало! Да и о Марине я не забывала… понимала, что все планы помочь летели к чертям. Вот и катились слезинки одна за другой, пропитывая кофту.
– Я не виновата в этом, папа, – выдала я сдавленно, но с твердостью в глазах.
В ответ мне было странное молчание, и колкий намек словно застыл в воздухе.
– Ты это с уверенностью заявляешь? – неожиданно задал отец наводящий вопрос.
– Что?…
– Ты ведь встречалась с этим Молотовым, так? – жестоко заключил он, а меня будто под дых ударили, так стало трудно дышать. – Тогда надо полагать, эти гнусные фокусы с анкетой вовсе не причина, а следствие чего-то.