— И приятельствуют, — добавила Ольга Ивановна.
Я же подошел ближе и смог наконец рассмотреть отца.
Лицо и торс Филиппа Петровича покрывало несколько длинных тонких белых шрамов. Легендарный ранг целителя и правда заживлял повреждения почти без следов. Однако рана на руке выглядела довольно угрожающе даже после лечения. Ожог повредил не только кожу, но и мышцы. Мне было сложно представить, как рана могла выглядеть до работы лекарей.
Чехова уже торопливо подвинула своему сыну бутыль.
— Выпей еще немного. Это поможет, поверь.
— Спасибо, — ответил Филипп Петрович и приложился к горлышку.
— Откуда у вас это снадобье. Оно ведь невероятно редкое? — спросила Софья Яковлевна.
— Мы не первый раз на императорской охоте, — уклончиво ответила Ольга Ивановна и я по-другому взглянул на нее.
Женщина выглядела собранной и вовсе не казалась той немного рассеянной дамой, которую я встретил в торговом центре. Она поймала мой изучающий взгляд и слабо улыбнулась.
— У вас нет ран?
— Все в порядке, — торопливо ответил я.
— Кто бы сомневался, — отозвалась Маргарита, поднимаясь на ноги.
В ее глазах полыхнула нескрываемая ярость.
— Пока твой отец рисковал своей жизнью, ты отсиживался на болотах…
— Молчать, — властно произнесла Софья Яковлевна и в помещении сгустились сумерки.
Мне даже показалось, что потолок стал ниже, а стены сдвинулись.
— Сейчас не время и не место для истерик, — продолжила некромантка. — Мы все здесь исполняем свой долг. Не только перед семьей, но и перед империей и императором.
— Нет. Я в порядке, — как-то очень быстро ответила женщина и обошла лекарей по широкой дуге, словно опасалась, что они ее ненароком коснутся.
Но к ней подошла Арина Родионовна и взяла за руку.
— Давайте вы лучше сядете. Вы перенесли такое потрясение.
— Да, но…- слабо отозвалась женщина, и глаза ее затуманились невыплаканными слезами. — Это было так жутко…
— Сейчас все хорошо. Позвольте, я вам помогу.
Мачеха вернулась в кресло и откинулась на спинку, прикрывая глаза.
— Отдохните немного, — проворковала девушка и отошла от замершей Маргариты, чтобы тихо сообщить, — с ней все будет хорошо. Она натерпелась страху, вот и сорвалась.
Я подумал, что супруга моего отца была обычно на редкость уравновешенной. Но мы давно не виделись, и быть может ее характер стал мягче.
Княгиня же прошла на кухню и вернулась со стаканом воды
— Прошу, Родион Романович, — произнесла она, протягивая мужчине напиток.