На память пришла женщина в очень коротком красном платье, с перьями в прическе. Она сидела на коленях у Рафи и теребила ему волосы. Шерри видела это собственными глазами, когда, совсем еще девчонкой, однажды вечером заглянула в окно игорного дома. И ее обуяла ревность. Но ревность, которую она испытала сейчас, представив Элен Деверне на коленях у Стивена, не шла ни в какое сравнение с той.
Жаль, что у нее не хватает мужества прямо сейчас потребовать, чтобы он порвал всякие отношения с прекрасной блондинкой, если до сих пор еще не сделал этого.
При этом ее груди едва не вывалились из квадратного выреза на кружевном пеньюаре.
– Я должна?..
– Что должна? – приблизившись к ней, ласково спросил он.
– Распустить волосы?
Она опять просит разрешения. Видимо, не может забыть его грубого поведения в ту ночь в Клейморе. Стоило ему вспомнить об этом, как раскаяние с новой силой охватило его.
Он положил ей руки на плечи, стараясь не смотреть на розовые выпуклости грудей под кружевами.
– Позволь, я это сделаю, – мягко сказал он.
Шерри отошла на полшага.
– Лучше я сама, если тебе это нравится.
– Шеридан, в чем дело? Что тебя тревожит?
«Элен Деверне», – подумала она, а вслух произнесла:
– Я не знаю правил игры, не знаю, как себя вести.
– Что еще за правила?
– Мне хотелось бы доставить тебе удовольствие, – с трудом выговорила она наконец и, заметив, что он едва сдерживает смех, взмолилась: – Только, пожалуйста, не смейся…
Глядя на искусительницу в своих объятиях, Стивен благоговейно прошептал:
– Боже правый… – Он ушам своим не верил. Шерри говорила вполне серьезно. Она бесподобна, чувственна, нежна и мужественна. Только бы не обидеть ее каким-нибудь некстати сказанным словом.
Радуясь, что он понял ее и не возражает, она спросила, глядя ему прямо в глаза:
– Можно снять пеньюар?
Он погладил ее по щеке, провел рукой по волосам:
– Можно все.
Уверенность Стивена в том, что его сексуальный опыт поможет ему в эту особую в его жизни ночь, стала быстро исчезать.
– Мы должны к чему-то стремиться?
– Да, – ответил он.
– К чему?
Он легонько обнял ее за талию.