— Ты дашь мне спокойно посидеть?
Но молодой Фома хоть и редко видел господина в доме, прекрасно знал его взрывной характер, и что он на самом деле просто психует.
— Вам звонок, — вежливо поклонился он, показывая на стационарный телефон. — Князь Карамурзин.
— А этому че от меня надо… — Фанеров из-за проигрыша и звонка князя начал только сильнее раздражаться.
— Не могу знать, господин, — опять поклонился Фома. — Но голос у него не очень приветливый.
— Понял, — вздохнул Фанеров. — Свободен.
Кажется, назревало что-то интересное. Вряд ли, конечно, князь звонит с претензиями. Наверняка, пустяковые проблемы, вроде невыдачи визы его третьей жены или детям не предоставили хороший дирижабль… Такие обычно идут далеко и на долго. А раз он государственный посол, то и угрожать они ему не могли. Хоть ты князь, хоть граф.
Он снял трубку.
— Слушаю, — ответил Фанеров.
— Алло, это Георгий Анатольевич Фанеров? — раздался голос в трубке.
— Да.
— Князь, Карамурзин Дмитрий Романович вас беспокоит, — послышался слащавый голос.
— Слушаю вас, — вздохнул Фанеров.
— Кажется, у нас проблемы, Георгий Анатольевич.
— Правда? У меня нет никаких проблем.
— Боюсь, что есть. Ваш Евгений покалечил моего сына. И надо что-то с этим делать.
— Вот оно как? И что вы хотите, чтобы я сделал? — улыбнулся Фанеров.
— Боюсь, мой сын получил тяжелые увечья, как физические, так и психологические. Такое стоит обсудить. В каком виде и форме будут принесены извинения.
— Сто-стоп… — это начало веселить Георгия. Ай да сынок, ай да порадовал папу. — Какие извинения?
— Ваш сын обязан извиниться перед моим. Публично. Также я бы хотел компенсацию. А иначе…
— Князь, — Фанеров набрал полную грудь воздуха. — Я правильно понимаю, ты сейчас заступаешься за своего сыночка, потому что он сам не смог за себя постоять и получил по шапке? Он у тебя несовершеннолетний?
— Ему девятнадцать! — с легкой ноткой недовольства сказал Дмитрий.
— Так, послушай, Дмитрий Романович, твой лоб не может сам за себя ответить? Мой сын с ним одного возраста, и ты хочешь, чтобы я объяснил своему, что бить твоего сына плохо? Серьезно? А когда его в Дикой Зоне покалечат, ты тоже пойдешь разбираться с монстрами?
— Это ни в какие ворота не лезет! Я буду вынужден…
— Что? Что ты будешь вынужден? — настроение Фанерова становилось все лучше с каждой минутой общения с этим болваном.