— Это как?
— Надо бегать по Дикой Зоне за монстрами, и когда догонишь, разрывать коготками, — прошипела она.
— О прикольно! Но мне пока рано в такое играть!
Тут уже и рыцари подошли с такими же искренне детскими глазами и начали нахваливать застенчивую Любавку. В итоге ее обступили все, чтобы познакомиться поближе.
— Лора, тогда она поживет у тебя на острове, хорошо?
— Конечно! Она же маленькая, за ней глаз да глаз, куда ей одной на остров?! — ответила помощница, как будто это было само собой разумеющимся.
Я протиснулся к своему новому питомцу.
— Ну что, теперь это твои друзья и семья! — обведя всех рукой, сказал я.
— Угу, — смущенно кивнула Любавка.
Да и дочка Котельникова, как ни странно, не испугалась моего питомца. Кицуня вообще был на седьмом не небе от счастья. Да и остальные довольно просто восприняли ее появление, пусть внешне Любавка и напоминала монстра из фильма про монстров, которые на космическом корабле ловят одну единственную выжившую девушку…
— Боря, оставляю Любавку на тебя, хорошо? А мне надо по делам.
Серьезно посмотрев парню в глаза, я похлопал его по плечу как настоящего мужчину.
— Конечно! — ответил пацан. — Можешь не волноваться, с ней все будет хорошо!
Ну что ж, на этом пора двигаться дальше, но сначала я подошел к Трофиму и Марусе."
"— Следите за ними. По сути Любавка — ребенок, так что и обращайтесь с ней соответственно, хорошо? — прошептал я. — Ну и остальным передайте, чтобы запомнили.
— Договорились, — кивнула парочка, и я запрыгнул в машину.
По дороге позвонил Петру Борисовичу и сказал, что пора предпринять новую попытку спасти Свету.
— Миша, ты уверен, что все получится? — спросил взволнованный Нахимов.
— Честно? Не уверен на все сто, но на девяносто процентов — более чем.
— Звучит, конечно, оптимистично… но что имеем, то имеем. Чехов сказал, что пока не может окончательно проработать структуру проклятий.
— Может, родители той девчонки, что прокляла Свету?
— Нет, уже давно проверили. Там другие предрасположенности, и вообще оказалось, что девочка была усыновлена.
Я практически доехал до института. У шлагбаума меня ждал Нахимов.
— Миша, здравствуй. Поздравляю с победой в войне! — пожал он мне руку. — Ты прости, что я так сумбурно, нервничаю…
— Не переживайте, хуже не будет.
— Ой, дурак… — прошептала Лора.