Сидеть всё равно скучно, и мы отправляемся погулять по вечерним улицам. Еще на выходе Йоланта берет меня под руку — и теперь мы выглядим прямо как парочка. На крыльце в глаза брызгают яркие вспышки папарацци.
— Это заказные, — объясняет Йоланта, прижавшись к моему плечу. — Для легенды.
Сделав дело, журналисты уходят, и мы двигаемся по тротуару. Через полчаса покидаем центральную улицу, заворачиваем в подворотню, и тут наконец-то к нам подрываются два бандитоса с ножиками наготове. Вернее, я их сам программирую напасть.
Итак, пара бандитов. Лишь один физик. Нет, ну это всё равно несерьезно.
— Уступаю даме, — со вздохом отступаю. — Двоим тут делать нечего.
— Благодарю, — девушка снова подмигивает. — И за то, что вынудил этих сударей выйти к нам -тоже.
Умная девица. Ну, другого коммандос Владислав Владимирович и не выбрал бы. Золотой Дракон — это вам не в тапки ходить по-большому.
Вообще я заранее пробил Ковальски. Ее актерская карьера меня мало интересовала, а вот авантюрно-наемническая очень даже.
И сейчас я вживую понаблюдаю за маленькой толикой мастерства панны. Ведь с таким редким Даром она может стать наставницей одной из моих жен.
Глава 21
Жулики
Для начала Ковальски просто размахивается кулаком. Реакция у девушки молниеносная, Мастер ведь, вдобавок нацелилась она на неодаренного бандита. Но неожиданно головорез проявляет недюжую сноровку, ловко уклонившись.
— Хм, — Йоланта хмурится. Девушка явно не привыкла промахиваться. — А если так?!"
"Стройная нога выстреливает вверх — прямо в голову бандитосу, но тот вдруг делает крутой наклон назад и, встав на мостик, пропускает черную туфлю над собой, а потом, пружинисто оттолкнувшись ладонями от асфальта, возвращается в стойку.
Полька в полном шоке смотрит на бандитоса. Она еще делает пару замахов, и все они проходят мимо ловко уворачивающегося бандита. Йоланта сильна и быстра, но бандит экономично расходует каждое движение, этим и спасается.
— Да что за чудеса?! Ты меня еще и жалеешь, выродок?! — вскрикивает Йоланта, а потом замечает мои раздутые от сдерживаемого смеха щеки. Глаза польки округляются от удивления, а потом в них вспыхивает и понимание. Девушка хмурится.