Тут же три богатыря, как из сказки, – это тоже охранники Волкодава, только не при параде, а в обычных тренировочных костюмах, у одного даже пятно свежей крови на рукаве, – кем эти себя считают? Правой и левой рукой? А может, и ногами? Увы, у именинника такое множество рук и ног, что сам он их сосчитать не может, и, вполне вероятно, оценивает здоровяков гораздо ниже, как… ну, кровяные тельца какие-нибудь."
"Зато милицейские чины, присутствующие сейчас в главной гостиной, заслуженно считаются теменной и затылочной частью черепа именинника, его «крышей».
В бильярдной мягкий зеленый полумрак, горит только один светильник над центральным столом. Справа у стены – два стула, к которым привязаны двое громил, видом напоминающих давным-давно вымерших неандертальцев. Но это тоже не маскарад и не хеллоуинские маски. Это москвичи Филя и Дуглас – в общем-то тоже люди, хотя назвать их так сейчас язык не повернется. Они практически трупы. Оба жестоко избиты, на месте лиц – голое мясо, из разорванных ртов падают на грудь, на пол черные сгустки.
– Ну что, никак? – интересуется у них Козырь. – Не рожается?
Проходит секунда, другая, один из полутрупов по имени Филя заметно вздрагивает и бормочет еле слышно:
– Урылись, ай, урылись… Вот те крест… Не-е…
– Скажешь, где твои, где Жердь с Муравьем, будешь жить, – напомнил на всякий случай Козырь.