– Ты – самая лучшая девушка. Просто два года это до меня доходило. А когда дошло, оказалось, я опоздал. Про то, что ты лучшая, пронюхал другой.
– Почему вы с Князевой стали… общаться так близко? Как это случилось?
Он пожал плечами.
– Очень просто. Я приехал в клуб с ребятами, чтобы отпраздновать День рождения Женьки, и встретил ее там."
"Той февральской ветреной ночью Димка не сразу узнал в яркой красиво извивающейся посредине танцпола девчонке свою спокойную и даже скромную неразговорчивую одногруппницу Ольгу Князеву.
Одета она была не так, как обычно, а в минимум одежды: юбка, топик, шпильки, и сверкала в свете прожекторов не хуже самой настоящей звезды. Тонкая гибкая фигурка, распушенные волосы, рассыпанные по плечам, кокетливый зазывной взгляд, уверенные грациозные движения – все это делало Ольгу похожей на раскрепощенную танцовщицу, а не на студентку факультета искусствоведения. Сначала ее одногруппники просто прошли мимо, весело перекинувшись парой слов по поводу внешности и танца «прикольной девчонки в супер мини».
Они почему-то подумали, что эта герла – подружка или мажора или какого-то крутого типа. Ребята не признали в красотке Князеву – к тому же в клубе наступила загадочная полутьма, скрывшая ее лицо. Они прошли мимо, немного потусовались на танцполе, над которым разрывался громкий и ломанный драм-энд-бэйс. Кто-то тут же нашел себе девчонок и свалил куда-то с ними, кто-то был порабощен ритмом музыки и продолжил танцевать, а именинник Женя и Димка отправились к барной стойке. Первый как-то быстро накидался до «синего» состояния и был не совсем вменяем, второй пить не любил, потому как алкоголь заставлял Чащина погружаться в свои невеселые в последнее время мысли.
Например, в мысли о том, что Машка влюблена в его друга. Ник об этом даже и не догадывался – на девчонок ему было как-то плевать. Димка даже как-то даже спросил у Никиты, нравится ли ему «вон та» девчонка, показав на стоявшую в конце коридора Марию Бурундукову. Она смеялась над чем-то с совершенно беззаботным видом.
Не видела их.
– Нет, не нравится. – Сказал тогда Кларский, присмотревшись к ней – Не мой тип. И громкая очень. Девушка должна быть женственной и нежной. А не выглядеть пацанкой. И так ржать. Зачем спрашиваешь?
– Просто так. Не могу понять, то ли тебе девчонки вообще не нравятся в принципе, то ли какие-то особенные, – отшутился Чащин.
– Особенные, – серьезно ответил Никита. – Пошли, скоро лекции начнутся.
Дмитрий кивнул. Марью он как раз и считал особенной.
