– До встречи, Никита. – Проговорила Ника тихо совершенно другим голосом, чувствуя в горле кирпичный ком.
Она вернулась в комнату, вспоминая их мимолетный поцелуй, и от неожиданности вскрикнула – Ник забыл барсетку. Она так и осталась лежать на стуле. Кровь толчками стала раскачивать сердце, а в душе воцарилась паника. Нет, стой, вернись! Никита! Ты ведь забыл!!
В груди девушки неожиданно птичкой забилась надежда. Надо отдать Нику барсетку. Если она догонит его сейчас, то все будет хорошо потом. Если она успеет, она обязательно скажет, что он хоть и козел, но она от него без ума! Нет, она уговорит его уехать вместе с ним! Она его не бросит, не оставит, потому что если ему и нравится эта странная Ольга, Ника точно знает – Никита Кларский принадлежит ей, а не какой-то другой девушке.
«Никита, подожди, пожалуйста, подожди, не уезжай без меня», – взмолилась про себя Ника.
Она схватила барсетку и понеслась вниз по лестнице, даже не заперев дверь квартиры.
«Подожди! Я сейчас!». Ника продолжала бежать по ступенькам вниз. Скорость ей придало внезапно наступившее чувство того, что если она сейчас догонит его, то случиться чудо для них обоих! Обязательно!
Ника вылетела из подъезда, и сумасшедший блеск в ее глазах мгновенно погас, как будто кто-то нажал в ее душе на кнопку «выкл.
Никиты и черно-красного байка во дворе уже не было. Только где-то в отдалении слышался еще пару секунд звук мчащегося куда-то мотоцикла.
Ника поняла, что не успела. И что чуда никакого не случиться. Скорее всего, он получит поддельные документы и уедет. Далеко. Может быть, даже в другую страну. И она никогда уже не увидит его.
Девушка тяжело опустилась на покосившуюся старенькую лавочку, притаившуюся между двумя тополями и окруженную тополиным пухом, похожим на искусственный снег из кинофильма.
В барсетке Ника обнаружила кроме своего портрета, совсем простую зажигалку и автоматическую ручку.
Ника не знала, что с вечера Никита переложил деньги и документы в карман пиджака.