Морской волк

Тот галиот, что нападал справа, получил два ядра на уровне ватерлинии и стал быстро набирать воду. Второму ядра наделали дыр выше и попали, видимо, в гребцов, потому что часть весел так и осталась опущенными в воду, а остальные замерли параллельно воде. Залпы картечью из карронад, которые я распределил поровну на каждый борт, смели с тонущего галиота матросов и гребцов, собравшихся на носовой и кормовой платформах, и умерили пыл экипажа второй. Она по инерции еще скользила в сторону барка. Должна была пройти у нас по корме.

— Кормовым карронадам целиться внутрь галиота! — приказал я.

Видимо, капитан вражеского судна понял, что их ждет, и принял трезвое решение, потому что английский королевский бело-красный вымпел, конец которого свисал почти до палубы, начал спускаться.

Я подошел к фальшборту, крикнул:

— Капитану на бак!

От красно-белого шатра, установленного на кормовой платформе, быстро пошел по куршее на носовую платформу галиота грузный мужчина в шлеме-саладе, покрытом черным лаком, и длинной, до коленей, бригандине с четырьмя вертикальными рядами заклепок спереди.

На темно-коричневой кожаной перевязи висел короткий меч в темно-синих ножнах. Капитан придерживал меч левой рукой. Он остановился возле бомбарды, рядом с покромсанными картечью телами комендоров. Короткая прогулка далась ему тяжело. Капитан никак не мог перевести дыхания. Или это от страха.

— Следуйте ко второму галиоту. Снимите его экипаж. Потом сдадите все ручное оружие и порох и будете идти замыкающим, помогать отстающим скютам, — приказал я и добавил: — Надеюсь на вашу порядочность.

— Это могли бы не говорить! — пробурчал капитан и быстро пошел на корму своего судна.

Он снял с тонущего галиота десятка два уцелевших членов экипажа, после чего передал на наш баркас оружие и два сундука с лепешками пороха.

Скюты даже не пытались сопротивляться. Их экипажи состояли из фламандцев и голландцев, подданных герцога Бургундского, который, по словам пленных, прислал пять сотен судов английскому королю, чтобы помогли союзнику переправиться на материк.

На скютах везли лошадей. Как доложили те, кто осматривал призы, это были верховые жеребцы, в том числе и очень дорогие боевые кони.

— Вот так подфартило! — высказал общее мнение шкипер Антуан Бло. — Дотащить бы их до Онфлера!

До Онфлера не дотащили. Погода начала портиться, когда были на траверзе Дьеппа. Я решил не рисковать. Мы зашли в порт и начали выгрузку лошадей, которым очень не нравилась качка. На плоскодонных судах болтает сильнее.