Морской волк

Если его не убьют сразу, попробую через несколько дней вытащить из тюрьмы."

"Мой кутильер стоял возле торговца небеленым холстом, с умным видом мял товар рукой и одновременно следил за мальчишкой с мамией в деревянной миске. Пацану было лет десять. Худой и чумазый, в одной рубахе, латаной и мятой. Ему за работы предложили серебряный наваррский грош, который во Франции обменивался на два су и шесть денье. За такие деньги его отец, если он жив, вкалывает целый день, а то и два.

Луис де Бомонт вышел из собора.

Под внимательными взглядами стражников, сел на своего белого иноходца. Свита последовала его примеру. В том числе и Усач. В этот момент к нему и подошел мальчика с деревянной миской в руках.

Я не слышал, что он сказал, но знал, что что-то типа:

— Сеньор, купите мамию! Очень вкусная! Отдам не дорого!

Усач забрал у него миску с мамией и швырнул на брусчатку мелкую билонную монету. Она подпрыгнула и покатилась в сторону стражников. Пока мальчишка ловил ее, кавалькада всадников покинула площадь.

Затем продавец мамии подошел к Лорену Алюэлю и получил еще одну монету, побольше. После чего три счастливых человека покинули рыночную площадь. Уверен, что и граф Лерин обрадовался, отведав мамию. В ней были спрятаны свернутые в трубочку и залитые воском записка с именем «Гастон» и вексель на пять тысяч золотых экю.

8

Гастон де Грайи, граф де Фуа, умер через два дня. Утром поехал на охоту, и по пути ему стало дурно. Остановились в деревне Ронсеваль, в хосписе для паломников, идущих в Сантьяго-де-Компостела.

Местный священник успел исповедать и причастить умирающего. К полудню у французского короля стало на одного врага меньше. Кстати, деревня находится в том самом ущелье, где погиб граф Ролан. Видимо, Ронсевальское ущелье — роковое место для французских графов.

На третий день я заметил слежку за собой. Невзрачный мужичок, мелкий и тщедушный, каких никто не опасается, прилепился неподалеку от дома Луиса де Бомонта. С высоты двадцать первого века и голливудских фильмов, работал он грубовато.

То ли навыки слежки еще не наработаны, то ли специально светился. Я подумал, что врагам французского короля следить за мной ни к чему. Они бы сразу пришли на постоялый двор большой компанией и задали бы оставшимся в живых вопросы, на которые никто не отказался бы ответить. Поэтому я делал вид, что не замечаю «хвост». Даже помог ему не потерять меня, когда прошел через рыночную толпу.