Спросил: «Можно позвать к телефону Льва Гурова? У меня к нему срочное сообщение». Ну, я, конечно, ответил, что тебя сейчас нет, а сообщение можно передать мне. Тогда он заявил: «Нет, у меня очень личное» – и повесил трубку.
– А кто звонил – мужчина, женщина? Старый или молодой? И какой был голос?
– Тебе бы, конечно, чтобы это была молоденькая принцесса. Увы, должен тебя разочаровать – звонил мужик. Голос он старался изменить, хрипел, сопел, но мне показалось, что это скорее молодой человек, чем старик.
– Ладно, бес с ним! Мало ли кто мог меня спрашивать. Все, до связи.
Лев убрал телефон, сел в машину и поехал в сторону Дивноморского, а затем и дальше, в поместье «Георгий». Однако рассказ Крячко о странном звонке не выходил у него из головы.
Глава 7"
"Вернувшись в поместье, Гуров поставил машину в гараж, а сам зашел к себе в комнату, которую он уже успел немного обжить. Сейчас ему хотелось сделать несколько пометок в блокноте – записать кое-какие детали осмотра покореженной машины.
Войдя в комнату, он сразу направился к тумбочке, в которой лежал блокнот, взял его… и вдруг остановился. Не стал открывать блокнот, а вместо этого внимательно огляделся.
Она была в кладовой, где укладывала чистое белье в шкаф.
– Настя, скажи, ты мою комнату сегодня уже убирала? – спросил Лев.
– Убирала, конечно, – ответила горничная. – Я все комнаты до обеда убираю – сначала хозяйские, потом остальные.
– И в шкафу, наверное, убирала?
– Нет, зачем? Я только полы протираю да пыль отовсюду вытру. А что случилось?
– Нет, ничего не случилось. А ты не заметила, в мою комнату никто не заходил?
– Нет, зачем кому-то к вам заходить? – ответила Настя несколько обиженным тоном – ей показалось, что ее в чем-то подозревают. Она вдруг замерла на мгновение и добавила: – А знаете, что я вспомнила? Был такой странный случай.