Я сделаю своим рабочим местом столовую, а капитан Коптелов и старший лейтенант Мироненко займут ваш рабочий кабинет, Георгий Юрьевич. Надеюсь, вы не возражаете?
– Нет, отчего я должен возражать? – пожал плечами Селезнев. – Я больше всех заинтересован в том, чтобы преступник был найден.
– Вот и отлично. Вы можете заниматься своими делами – вовсе не обязательно сидеть и ждать, когда вас вызовут. Но должен предупредить, что допросы будут достаточно длительными. Нам нужно узнать все до малейших деталей и при этом выяснить, кто из присутствующих нам лжет.
Все молчали. Только бизнесмен Перевозчиков заявил:
– Надеюсь, что меня-то вы освободите от необходимости отвечать на множество вопросов? Я ранен, плохо себя чувствую, мне необходим покой. К тому же я приехал сюда только вчера. Про первый случай, с этим шофером, я вообще ничего не знаю. К несчастью с этой горничной тоже не имею отношения, как и к последнему эпизоду, с охранником. А про покушение на меня самого вы меня уже спрашивали.
Он поднялся и направился к лестнице. Гуров не стал его останавливать, но, не повышая голоса, проговорил:
– Разумеется, вы можете лечь в постель, вам этого никто не запретит. Вы даже можете уехать отсюда, вернуться в Москву – ведь с вас не брали подписку о невыезде. Можете уехать – тем более что, как мне сказали врачи, ваша рана не опасна, и, честно говоря, вас нельзя считать раненым. Однако я бы не советовал вам покидать этот дом.
– Я не хочу сотрудничать? – остановившись, с недоумением произнес Перевозчиков. – Почему же я не хочу? Даже странно такое слышать. Конечно, я готов… да, я готов отвечать.
– Вот и прекрасно, – улыбнулся Лев. – Сейчас вы можете идти к себе, отдохнуть. Вас я приглашу позже. А сейчас я попросил бы остаться вас, Аня. – И он повернулся к подруге Виктора Селезнева.
– Я?! – испуганно воскликнула девушка. – Но почему я? Может, я потом? Позже?
– А какая разница? Наоборот, лучше пройти первой. Вы же сдавали экзамены. Вспомните, есть много людей, которые хотят сдавать первыми, даже спорят за право попасть в первую десятку.