Их рычание, тяжёлые удары и хриплые вздохи смешиваются в жуткую какофонию звуков. Портакл чувствует, как этот грохот подстёгивает его собственную ярость.
Слишком мало. Слишком мелко. Пара клыков и когтей не сделают погоды.
— Больше, — шепчет он, наклоняясь к стеклу. — Гораздо больше.
* * *Сижу у окна и лениво потягиваю новый коктейль Лакомки. Вкус — сладкий, чуть приторный, с лёгким привкусом вишни. Снаружи Катя корчится от напряжения на заднем дворе, пытаясь призвать пламя из своего несносного Пети-петушка.
Я отвожу взгляд и сосредотачиваюсь на важном процессе: сканирование захваченных обрывков памяти Странника. Как бывший Организатор он может что-то знать о Портакле.
Сведения разбросаны, как осколки зеркала, но кое-что начинает вырисовываться… Хм. Вот оно. Кажется, я нашёл, куда можно заглянуть на Боевом материке, чтобы выследить Портакла.
"Земли павлинари. Неожиданно. Эти надменные птицелюды, с их яркими перьями и изощрёнными интригами — редкая зацепка, но весьма подходящая. Что ж, будет интересно проверить, не ошибся ли я.
Я делаю ещё один глоток коктейля и ненадолго задумываюсь. Сказать Лиану? Турбо-пупс бы точно обрадовался и, не раздумывая, выпотрошил бы Портакла как вскрытую банку сардин. Проблема только в том, что мне он нужен живым. Пока.
— Нет, — тихо выдыхаю я, наблюдая, как Катя из последних сил выжимает из себя искру, отчаянно цепляясь за каждую крошку энергии.
Пора нанести визит к павлинари.
Глава 5
Мы уже прилетели в Невинск. Я устроился в своём кабинете в Невском замке, удобно развалившись в кресле с чашкой горячего кофе. Аромат свежего напитка наполняет комнату. Рядом, на соседнем стуле, нагло примостился Ломтик. Этот малый, кажется, подсел на кофе, судя по тому, как усердно лакает из второй чашки. Может, просто повторяет за мной, а может, действительно решил стать кофеманом.
Бросаю взгляд в окно. На тренировочном полигоне Светка под присмотром наставницы Кострицы носится, будто златокудрый смерч. Но и этого, видимо, недостаточно для наставницы. Кострица не упускает ни одной возможности подстегнуть её.
— Ну, что за вялость, Светлана? — голос наставницы звучит резко, как хлыст.