— Что они тебе говорили? «Соберись, за нами Москва, бла-бла-бла?»
Парень кивнул, и я продолжил:
— Забей. Все все понимают. Потому будут играть от защиты, то есть не пускать врага к твоим воротам. «Шинник» — не самый сильный соперник, при такой игре твоих навыков хватит. А теперь давай-ка на ворота.
Набычившись, Сема встал на раму. Я легонько катнул мяч — словно трехлетний малыш его пнул. Саенко, естественно, отбил. Я снова катнул, теперь уже левее. Потом — правее. Семен дважды отбил и вызверился:
— Бей нормально, я что, отсталый?
Я легонько ударил мяч, угодив в его бедро.
— Ведешь себя, как ребенок в яслях.
Я повторил удар. И вот тут Семен разозлился, глаза засияли, он напрягся и как саданет по мячу! Тот улетел аж на трибуны. Бежать за ним я не стал, взял другой, ухмыльнулся, отходя подальше.
— Взрослый, да? Так покажи взрослую игру!
Вот теперь я ударил нормально, направляя мяч в правый нижний угол, но заранее обозначая движение — чтобы Саенко точно понял, что я собираюсь делать.
— Ну вот видишь, — наконец сказал я, — все у тебя отлично получается.
— Давай еще! — пританцовывая от нетерпения, воскликнул он.
Я бил, постепенно увеличивая сложность ударов, но так, чтобы Сема брал каждый второй мяч. В конце концов у меня разболелась голова, и я понял, что переоценил свою регенерацию, и желание ехать в Ярославль было преждевременным. Промучившись еще с полчаса, я поблагодарил Саенко, похвалил его и резюмировал:
— Семен, не забывай: футбол — всего лишь игра. Все мы учимся и растем. Ты быстро прогрессируешь.
Простившись с Сёмой, я передал мяч Древнему и направился к Димидко, который за мной все это время украдкой наблюдал.
— Спасибо. Надеюсь, его запала хватит до завтра.
Я обернулся к Семену, отрабатывающему падения.
— И я надеюсь. А теперь пойду-ка домой.
И снова ноги сами понесли меня к кабинету Дарины, но сегодня меня тянуло к ней уже не так неудержимо, хоть настроение от невозможности получить дозу портилось.