Захлопнув забрало своего скафандра, он прошёл в шлюзовую камеру абордажной группы и вскоре уже стоял в коридоре своего линкора, наблюдая на мониторе, как крошечный по сравнению с линкором бот, чуть поднявшись над палубой, беззвучно скользнул в черноту объёма и исчез в стремительном росчерке выхлопа плазмы.
* * *Пациент, доставшийся Мишелю, оказался очень грозным внешне, но почти беспомощным на деле. Однако, как следует рассмотрев клыки и когти, врач понял, что шутить с этим существом лишний раз не стоит. Медленно обходя носилки по кругу, Мишель долго и сосредоточенно молчал.
– Ну, и каков результат твоего камлания? – не удержавшись, поддел Влад приятеля.
– А хрен его знает. Пока не понял, – пожал плечами Мишель, поглядывая на ксеноса каким-то странным взглядом.
– Колись, старый прохиндей, что не так? – спросил Влад, отлично его знавший.
– Он у вас по ночам не светится?
– В каком смысле?
– В прямом.
– Вот только не говори мне, что в его тканях превышен радиоактивный фон. Они его вообще плохо переносят, – быстро ответил Влад.
– Возможно. Но при этом в его костях и панцире солей плутония столько, что хватит нашу яхту заправить, если правильно его переработать.
– Как такое может быть? – растерялся разведчик.
– Ты у меня спрашиваешь? – возмутился Мишель. – Это ты его сюда притащил. И учти, что я и понятия не имею, где он родился и в каких условиях жил.
– Ничего не понимаю, – развёл руками Влад.
– Жалко, что он один. Можно было бы провести сравнительный анализ, – подумав, проворчал Мишель. – Да и поиску нужного им препарата это тоже могло бы помочь.
– Каким образом?
– Во-первых, это помогло бы избежать аллергических реакций. Во-вторых, у меня было бы больше рабочего материала и образцов тканей для сравнения. Хватит? А то я ещё долго могу перечислять, – иронично закончил врач.