Привезя их на лётное поле, Влад заглушил снегоход и, выбравшись из кабины, подошёл к Кудасову. Чуть улыбаясь, граф крепко пожал разведчику руку и, вздохнув, признался:
– Знаешь, я так уже сто лет не отрывался. Что называется, отвёл душу. Спасибо. Порадовал.
– Я же обещал, – пожал плечами разведчик.
– Когда собираешься обратно в сектор аномалии?
– Как только Мишель закончит.
– Тогда держи меня в курсе дел. И постарайся сообщать обо всех изменениях и нестыковках в планах. И ещё. Присмотри за этим рыжим оболтусом.
– Однако, – удивлённо протянул Влад
– Похоже, в демократическом секторе что-то затевается, так что будь осторожен. А главное, постарайся найти способ избавиться от иных. Война на два фронта нам не нужна.
– Но как?!
– Думай, полковник.
* * *Оставшийся один на один с гостем Мишель с головой погрузился в работу. Присланный ему в помощники ветеран, получив в своё распоряжение старенький коммуникатор и маленький стол в углу лаборатории, занялся розыском зачем-то нужной ему информации. А врач, забыв обо всём на свете, часами синтезировал мази для снятия огрубевшей кожи и заживления травмы после срезания панциря у ксеносов. В итоге и то и другое у него получилось. Оставалось только как следует испытать их.
Но если операцию по снятию панциря он проводил прямо здесь, то так называемый скраб предстояло испытать самому техножрецу после возвращения обратно на свою планету. С мазью от ожога всё было просто. Взяв уже имевшийся образец, Мишель ввел в него несколько новых ингредиентов, а получившийся состав испытал прямо на необычном пациенте.
Результат врача не удовлетворил. Мазь работала, но не достаточно быстро и не так качественно, как ему хотелось. В итоге, в очередной раз изменив рецептуру, он получил именно то, что нужно.
Сам ксенос, терпеливо сносивший все опыты и испытания, не выдержал и, лязгая клыками, потребовал ускорить процесс снятия панциря. Именно потребовал.