«Еще скажи, что не хорош», – фыркнул дракон.
Хорош. Еще как хорош. Словно наяву я увидела широкие плечи, четкие очертания мышц, узкую талию, сильные бедра. И, гм… то, что мне было не с чем особо сравнивать, тоже производило впечатление. Интересно, это тоже иллюзия?
Ох, да что ж это такое в голову лезет! Хорошо, что это сон. Хотя Кассия наверняка бы сказала, что сны – отражения глубоко подавленных желаний и…
Дракон снова расхохотался, прервав мои мысли.
«А вот не скажу, настоящее или нет. Захочешь – сама узнаешь».
Да уж, всю жизнь мечтала узнать, что там у императора в штанах.
Дракон перевернулся на спину, потянулся, и мне захотелось почесать ему живот.
«Можешь потрогать, раз уж человека трогать не осмелилась», – фыркнул он.
Ах, ты… А вот и потрогаю! Многие ли могли похвастаться тем, что трогали настоящего дракона? Пусть даже во сне? Правда, до живота я не дотянусь.
Дракон опять перевернулся, вытянул голову в мою сторону так, что между нами осталось едва ли пол-ярда.
«Не бойся, я не ем барышень на завтрак».
«Только на ужин», – не удержалась я."
"Потянулась к нему, осторожно положила руку над ноздрями. Чешуя… Нет, это нельзя было назвать чешуей, я словно коснулась инкрустации, выложенной обкатанной морем галькой. Гладкой и теплой, будто нагревшейся на солнце. Хотя она и так была нагретой на солнце.
Я погладила ему переносье, осмелев, почесала. Дракон прижмурился, казалось, еще немного – и замурлычет. Хороший сон. Должно же хоть во сне случаться что-то хорошее.
«А что плохое случилось наяву? Кто тебя обидел?» – В «голосе» дракона прорезалось рычание.
«Не хочу вспоминать и портить сон». – Я обошла вытянутый нос, коснулась щеки. Не удержавшись, прислонилась к ней своей щекой. Тепло чешуи словно проникло в меня, успокаивая, наполняя уверенностью, что все будет как надо. Все будет хорошо.
С этой мыслью я и проснулась.
Глава 16
– Наконец-то, – воскликнула Делия. – Мы уж думали, не добудимся!
Я помедлила с закрытыми глазами, пытаясь удержать в сознании ночное видение – хотелось запомнить его, пока я нахожусь в этом зыбком состоянии между сном и бодрствованием.
Но потянуть блаженную расслабленность не получилось.