Мелани побудет гостьей в доме Генриха, отдохнет после пережитого потрясения и даст согласие на помолвку, а потом они отправятся в храм, где священники проведут церемонию. После которой граф проведет свою церемонию. Он будет осторожен, очень осторожен и юной жене не навредит. Небольшая слабость только улучшит ее характер, слишком уж она прыткая, да и от головокружений еще никто не умирал. Зато у него прибавится силы и энергии.
После свадьбы надо будет нанять Мелани служанку – супруга графа не должна сама себя обслуживать, точно какая-то нищенка.
С этими мыслями он оделся поприличней – не придворным франтом, но сдержанно и дорого, как при прежнем императоре одевались на охоты. Мальчишка охоты затевает редко – азарт погони ему чужд. Генрих же любил загонять дичь, особенно если она крупнее его самого.
Вот и поохотимся.
– Мелани? – позвал он, когда туман портала рассеялся.
Вместо ответа ему на голову свалилась сосновая шишка.
"Нет, не ошибся. На краю поляны протянулись две полосы сложенных ветвей, а под кустом белела яичная скорлупа. Откуда?
Похоже, человек, передавший Генриху ориентиры, все-таки напутал. Или наврал. Он утверждал, что претендентки должны были оказаться в лесу без крохи еды.
Значит, они поели, зачем-то наломали веток – не поленились тянуться магией так высоко.
Что ж, лес – не столица. Генрих вытащил из кармана прихваченный в доме Элмера носовой платок. Проколол палец концом ножа, промокнул каплю крови и встряхнул ткань. В воздухе повисло багровое облачко, начало расти, наливаясь чернотой, и через полминуты перед Генрихом стоял здоровенный полупрозрачный пес.
Если бы вместо своей крови он взял бы жертвенную, да не каплю, пес был бы сильнее.