При желании все возможно: улики подтянуть и трактовать в нужном для следствия ключе, «лишние» свидетельства благополучно «потерять» из подшивки, а не лишние и нужные подшить к делу – и вот вам, пожалуйста, имеется и реальная подозреваемая. При более горячем желании – да запросто. Тем более Алиса сказала, что по многим признакам убитый был из весьма обеспеченных слоев общества, наверняка сын какого-нибудь перца при бабках или погонах или то и другое в одном сэндвиче с коррумпированной прослойкой посередине.
И почему бы при таком раскладе случайную, подвернувшуюся настолько удачно барышню не подтянуть в качестве обвиняемой и поскорей отрапортовать о задержании преступника и раскрытии дела. Только вот одна неудобная загвоздка для такого расклада: Алиса Юрьевна вам не тиктокерша какая и не блогерша, прости господи, а дама с именем и званиями, ее так просто не «закроешь», можно такую «ответку» огрести, что погоны по щекам захлопают.
Так что прогноз Кедрова был таков: завтра этот майор из СК выяснит все доподлинно про доцента Ельскую, узнает о ее известности и заслуженном авторитете в научных кругах, скиснет-расстроится и вынужден будет отказаться от желания даже хотя бы в виде рабочей версии рассматривать вариант ее виновности.
И тем не менее завтра же на работе Денис просмотрит все, что есть об этом деле. Да и с кладом этим зашибись история. Надо бы собрать инфу про тех, кто там жил раньше.
«Да, – вспомнив, вздохнул тяжко Денис, разуваясь в прихожей, – придется еще и про Любавина генеральствующего докладывать».
Служить-то Кедров служит, это папенька верно слил Лильке информацию, да только не совсем чтобы в МВД, а в несколько ином ведомстве, и не совсем чтобы в каком-то информационно непонятном отделе, а в Центре информационной безопасности.