Некоторые люди, облеченные властью, административным ресурсом и возможностями, за годы службы заматеревшие на своих постах, порой настолько легко пользуются ими в житейско-денежных, личных и деловых интересах, словно считают чем-то нормальным и обязательно прилагающимся к «трону», чуть ли не атрибутом домашнего обихода, как удобные тапочки.
А зря. Не стоит расслабляться: уж сколько их таких неосмотрительных, спикировавших штопором с высоких кресел – кто в ссылку, кто на отсидку, а кто и «со святыми упокой», устроенным им более удачливыми конкурентами.
Утром Алиса решила – ну его, проживет без нее наука как-нибудь и потерпит несколько часов, если она не помчится спозаранку в лабораторию на работу. Открытие без нее там вряд ли кто сделает, а и сделает, так и хорошо: в науке нынче с открытиями как-то совсем туго. А лекций и практических занятий со студентами у нее сегодня нет, они у нее всего два раза в неделю.
Отзвонилась начальству, честно признавшись своему научному руководителю.
– Никаких сил у меня нет, Григорий Саввович, – жаловалась она.
– Какой труп? – опешил профессор Шведов.
– Та, какой-то непонятный, – легкомысленно высказалась Алиса и рассказала о неприятной истории, приключившейся с ней.
– Ну это они пусть только попробуют тебя в это дело приплести! – возмутился Григорий Саввович, мгновенно заводясь.
За своих учеников и подчиненных Шведов всегда стоял горой и старался помочь всячески и выбить-выпросить для них привилегии и премии-гранты, объясняя чиновникам кабинетным, какая тяжелая жизнь у практикующих ученых-климатологов, в каких диких, труднейших условиях им приходится работать месяцами.
Алиса заулыбалась, слушая его недовольное сопение и обещания устроить тем полицмейстерам развеселую жизнь. И так вдруг ей тепло и спокойно стало, словно ребенку, которого прикрывает собой любящий отец.
"Вообще-то, у нее имелся хороший, весьма достойный отец и вполне себе любящий, только он давно прикрывает от всяких напастей своих детей от второго, счастливого брака, младших Алисиных брата и сестру. А она как-то без его заступничества справляется.
– Да я и сама не дамся, Григорий Саввович, – пообещала Алиса профессору, рассмеявшись.
И перешла на насущные рабочие проблемы. Обсудили, Шведов дал Алисе три дня отгулов – на отдых и разбор вещей.