Уверена, ты найдешь свое счастье…»
В дверь постучали.
Катрина с досадой обернулась на дверь, отложила перо.
— Кто там?!
— Это Филипп, леди Морено.
Катрина мысленно выругалась. Встала, накинула халат, завязала потуже пояс, пригладила волосы и пошла открывать.
Филипп внутренне удивился ее виду, но вел себя, как всегда, безупречно.
— Я перепутала время? Вы пришли проводить меня на завтрак? — спросила, кусая губы.
— О, нет, леди Морено. — Филипп виновато склонил голову, как того требовали приличия, сам же он не испытывал ни капли чувства вины.
У Катрины от сердца отлегло. Она помнила, что Нэйт предупреждал, чтобы сама не отменяла и не переносила по своему усмотрению встречи с королем, но идти сегодня на завтрак для нее было сродни самому страшному наказанию.
С трудом сдержала рвущуюся на губы улыбку. Ответила спокойно и равнодушно:
— Конечно, Филипп, передайте его величеству, что дела подождут до завтра.
Можно подумать, она могла бы обидеться на короля.
Снова этикет. Снова заученные фразы.
Филипп повторно извинился за вторжение, поклонился и был таков, а Катрина захлопнула дверь.
Недописанное письмо лежало на туалетном столике.
Она прошла и взяла его в руки, пробежала глазами по строчкам. Бумага жгла пальцы, будто горела.
Огонь от этого письма превратится в огромное пламя, которое поднимется выше ее головы, стоит ей его отослать.
Катрина смяла послание, потом снова расправила, перечитала и после этого разорвала на мелкие кусочки и выбросила в мусорную корзину.
Это было бы честно — сказать прямо и сразу. Но Холланды не то семейство, от родства с которыми можно отказаться парой строк. Если родители Джошуа воспримут ее отказ от свадьбы как оскорбление, пострадает не только Катрина, но и все ее родственники.
Нет, нельзя действовать под воздействием эмоций. Нужно встретиться с женихом и поговорить с ним.
И все-таки ей безумно повезло, что Эрик сам отменил утреннюю встречу. Навряд ли Катрина бы сумела скрыть от него подробности вчерашнего посещения подземелья, пока еще сама толком не сумела их осмыслить."
"Нэйтан не предатель, не заговорщик — это облегчение.