Именно поэтому вчера я сказала вам, что, если он продолжит раскрываться так, как вчера, это займет гораздо больше времени, чем я могла бы предположить.
Король задумался. Катрина откусила кусочек и, прожевав, решилась задать вопрос:
— Ваше величество, вы что-нибудь знаете о детстве Нэйтана?
Называть малознакомого человека по имени было неловко, но «господин Придворный маг» в данных обстоятельствах звучало бы нелепо.
— Детство — не та сторона его жизни, сведениями о которой ему бы хотелось делиться, — король покачал головой.
— Вы знали, что он Перворожденный? — спросила прямо.
— Разумеется. Это имеет значение?
Для короля, человека, не обладающего даром, должно быть, никакого, а для нее — огромное. Легенда оказалась явью.
— Просто я была поражена, — не стала развивать тему. — Он сказал, что показал мне кусочек из детства для знакомства. И это было… — Катрина не сразу подобрала слово. — Познавательно.
— Вы готовы продолжить? — Эрик впился в нее внимательным взглядом.
— Он обещал, что сообщит все, что знает о заговоре, но позже, после того как покажет то, что ему предшествовало.
Король побарабанил пальцами по столу. Катрина невольно задержала взгляд на его руке, на мощном запястье, чуть ли не вдвое шире, чем у Нэйтана. Такие разные, но связанные далеко не только отношениями «правитель — Придворный маг». Кто они друг другу? Друзья? Любовники?
— Леди Морено?
Катрина смутилась, осознав, что Эрик окликает ее не в первый раз.
— Прошу прощения, ваше величество, я задумалась.
— Такой задумчивый вид у вас с вчерашнего дня. — Король нахмурился, немного подался вперед. — О чем вы не договариваете? Что он натворил? Он сделал вам больно?
Отчасти. Можно сказать и так. Но если бы Катрина подтвердила, Эрик понял бы по-своему.
«Он напугал меня. Вдохновил. Поразил».
Она покачала головой и улыбнулась.
— Что вы, ваше величество. Все прошло хорошо.
— Мне вдруг показалось, что вы его боитесь.
Не бояться? Перворожденного? Их считают сказкой, о них ничего неизвестно. Кто знает, на что они способны.
Поразмыслив, Катрина ответила максимально честно:
— Это было бы глупой бравадой — делать вид, что не опасаешься самого сильного мага из существующих.
— Спасибо, — Эрик кивнул в благодарность, — за искренность. — И наконец вернулся к завтраку.