— Ты знаешь, что ты единственная девственница, к которой я хочу прикоснуться, — сказал он ей, многозначительно покачивая бровями.
— Джерард!
— Просто дай мне знать, когда захочешь, чтобы я это сделал — в самый первый раз, — добавил он.
— Этого никогда не будет, — ответила она, покраснев. — Ты большой зануда!
Он выгнул бровь, одарив ее взглядом, который кричал о чуши.
Я воспользовалась кратковременным отвлечением моей матери на Гибси как возможностью для нас с Джонни сбежать до того, как разразится очередная скандальная история.
— Привет, девочка! — прощебетала Клэр с заднего сиденья. — Мне жаль за него, — добавила она, указывая на нижнюю половину Гибси, которая не была втиснута в люк. — Я не знаю, что сказать."
"— Да, — Фели, сидевший сзади, торжественно кивнул. — Мы хотели бы дать вам объяснение его поведению, но, честно говоря, я не думаю, что оно есть.
— Во что, черт возьми, ты, по-твоему, играешь, Гибс? — Тогда Джонни потребовал ответа. Нырнув на водительское сиденье, он захлопнул дверцу и завел двигатель. — Как будто эта женщина недостаточно ненавидит меня… — , Он протянул руку и выключил стереосистему. — Ты должен был пойти и надавить на это, и вбить ей в голову еще больше чертовых идей!
Я бы хотела, чтобы он вложил побольше идей в твою голову, Джонни Кавана!
— Я использовал свое обаяние, — рассмеялся Гибси, снова пролезая в люк на крыше.
— О боже мой, — выдавила я сквозь приступы смеха, пристегивая ремень безопасности. — Я не могу поверить, что ты только что это сделал.
— Я знаю, да? — Выпалил в ответ Гибси, ухмыляясь. — Для утра понедельника становилось немного тяжеловато, и это просто казалось правильным. Как побуждение или что-то в этом роде.
— Когда у тебя в голове все кажется правильным, обычно это чертовски неправильно, — проворчал Джонни с обиженным видом.
— Как скажешь, парень, — хихикнул Гибси. — Я спас тебя от очередной трепки тещиным языком, и ты это знаешь, — добавил он, прежде чем вступить в жаркий спор с Клэр о целесообразности исполнения серенад девственницами.
Потянувшись к моей руке, Джонни поднес ее ко рту и поцеловал костяшки моих пальцев.