Олли соскользнул с нижней ступеньки и бросился ко мне. Обняв меня за талию, он прижался ко мне крепче, чем Шон. — Шшш, — прошептал я, когда он тихонько всхлипнул. — Шшш, приятель.
Дрожа с головы до ног, Тадхг перекатился по полу с другой стороны от меня, уткнувшись лицом в мой бок, и мое сердце разорвалось на части. Я знал, что этот парень гордый. Для двенадцати лет он был крутым. Видеть, как он вот так распадается на части, было отрезвляюще.
Погладив рукой его белокурую голову, я осторожно двинулся к двери, причем они все трое буквально повисли на мне, опасаясь воды на полу и ни на секунду не отрывая взгляда от дверного проема кухни, пока я двигался.
Когда я подошел к входной двери, мой взгляд упал на их отца, сидевшего на стуле за кухонным столом спиной к двери. На столе перед ним в ряд стояло несколько пустых бутылок из-под виски и водки, и я знал, что если он прямо сейчас обернется, я убью его. Я принял решение в ту минуту, когда услышал его жуткий голос, и, как ни странно, смирился с этим.
Стараясь держать руку ровно, я вставил единственный ключ в замок и медленно повернул его обратно, поморщившись, когда он щелкнул.
Громкий кашель из кухни заглушил шум, и я резко повернул голову назад, чтобы увидеть, что мать Шэннон смотрит прямо на меня.
Срань господня.
Мое сердце остановилось в груди, и в течение нескольких ужасающих мгновений я ждал, что она сделает.
Она кивнула.
Я колебался.
Она снова кивнул.
Не сводя с нее глаз, я медленно нажал на ручку и открыл дверь внутрь.
Держа Шона на руках, я повернулся спиной, чтобы уйти, но быстро повернулся к ней лицом, встревоженно застыв в дверном проеме.
— Уходи, — одними губами произнесла она, глядя мне прямо в глаза. — Уходи сейчас.
— А как же ты? — Я поймал себя на том, что отвечаю одними губами, чувствуя себя раздираемым и противоречивым.
— Я выпью с тобой — сказала миссис Линч спокойным тоном, не сводя с меня глаз. — Выпьем на прощание.
— Хорошая девочка, — невнятно пробормотал ее муж, опустив плечи.
— Сначала я закрою эту дверь, — добавила она. — Мы не хотим их разбудить.
— Это верно, — ответил он, кивая головой. — Будет лучше, если они проспят все это.
Поднявшись, миссис Линч спокойно направилась к кухонной двери, на лице у нее не было никаких эмоций, глаза были прикованы к моим.