Если, конечно же, любишь и хочешь быть с ним. Если же нет, то это уже другой разговор.
– Я уже ничего не хочу. Глеб сломал меня своим предательством. И знаешь что? Я больше не та наивная дурочка, чтобы верить ему! – на этом я молча завершила вызов и выключила телефон. Больше я не позволю ничьим словам влиять на себя. Не моя вина, что Глеб попал тогда в аварию, и не моя вина в том, что случилось вчера. Не останавливай он меня, ничего бы не было.
Возможно, произошедшее даже к лучшему, я смогу спокойно уйти, а он и не вспомнит, что находил меня…
– Боюсь, что наше предположение было верным и он действительно ничего не помнит, – с сожалением сообщил нам врач спустя несколько часов.
– И когда он вспомнит? – нахмурившись, что делало ее лицо еще более строже, если такое возможно, спросила Елена Эдуардовна.
– Мы не можем сказать точно. Потеря памяти – это всегда индивидуальный случай. Некоторые вспоминают всё уже через пару дней, а другие так и не восстанавливают…
– Вы хотите сказать, что мой внук может ничего не вспомнить?! – взъярилась бабка, грубо перебивая врача.
"– Что такое, моя хорошая? – склонилась я над сонной малышкой. Дочка тут же одарила меня улыбкой и потянулась ко мне, утыкаясь в шею, стоило мне ее взять.
Я даже успела покормить ее, прежде чем бабушка Глеба подошла к нам, закончив с врачом.
– Я решила уехать, Глеб ничего не помнит, а мой утренний визит можно списать на сон или галлюцинацию… – сразу же начала я говорить.
– Это исключено! По словам врача, у Глеба может быть нервный срыв, и он прекрасно помнит, что ты была в его палате! Он только и делает, что зовет тебя! – явно кипя от злости, выплюнула она. – Так что, милочка, будь добра засунуть свои желания куда подальше и иди в палату. И только попробуй расстроить моего внука, мигом отправишься в тюрьму за попытку убийства и нанесение опасных для жизни…
– Что вы несете?! – возмутилась я, находясь в полном шоке от ее слов. Она что же, вздумала шантажировать меня?!
– Что нужно! И не смей со мной препираться! – отрезала она высокомерно.
– Это же бред! Вы сами хотели от меня избавиться! – не могла я поверить в происходящее.
– Хотела! Но не во вред своему внуку! Если ты – необходимая часть его лечения, я готова смириться с твоим присутствием.