Если что-то случится, нажимайте на красную кнопку, – проинструктировал меня врач, прежде чем выйти.
На дрожащих ногах я подошла к Глебу и присела на рядом стоящий стул. Взяв за руку, сжала ее, благодаря бога за то, что он жив.
– Муся… – слабо прохрипел он, приоткрывая глаза. – Ты пришла… Я не хотел… – начал шептать Глеб обрывочно.
– Тише, тебе нужен покой, – прошептала я, прикладывая палец к его губам и останавливая речь.
– Всё плывет перед глазами, – простонал он, пытаясь привстать.
– Глеб! – тут же вскочила я, пытаясь удержать его на месте.
– Обещаю впредь всегда быть послушным… Только не уходи больше, Муся… Я сделаю всё, что ты скажешь… Я не… Не хотел над тобой смеяться, это от волнения… – бормотал он невпопад.
– О чем ты, Глеб? – не поняла я его.
– О своих словах тем утром. Я не хотел тебя обидеть, еще и уехал после тех глупых слов…
Почему Глеб говорил так, будто это было совсем недавно?"
"– Всё хорошо, Глеб, успокойся и не думай об этом, – вспомнив рекомендации врача, попыталась урезонить его я.
– Будь всё хорошо, ты бы не ушла, Муся! Мне так жаль, еще и авария эта…
– Авария? – недоуменно нахмурилась я, не понимая, о чем он.
– Ну да. Тебе Ксюша позвонила? Ты поэтому приехала? Где ты была? – переплетая наши пальцы, прошептал он, не видя моего потрясения. – Я всё исправлю, малышка, вот увидишь! Сделаю всё, что ты захочешь…
– Глеб… О какой аварии ты говоришь? – осторожно спросила я, боясь своих предположений.
Не мог же Глеб потерять память?
Ответить нормально он так и не смог, слишком взволнованный моим «возвращением». В итоге у него подскочил пульс, и врач вывел меня из палаты, вколов Глебу снотворное. Понимая, что спрашивать у его бабушки бесполезно, я набрала старый номер Ксюши, надеясь, что она не сменила его.
– Алло? – ответила она после нескольких гудков.
– Ксюш? – неуверенно начала я, чувствуя ужасную неловкость после того, как повела себя в нашу последнюю встречу в торговом центре.
– Господи, Маря! Ну наконец-то ты позвонила! Неужто помирились с Глебом! Он строго-настрого запретил мне тебе звонить! – затараторила она.
– Нет, мы не помирились. Глеб в больнице…
Рассказав ей о случившемся, я поделилась своей тревогой по поводу его возможной потери памяти, а также рассказала про его слова об аварии.