Стая

А если она и заметила, то списала все на головную боль.

Однако, таблетка-то, видать, была сильнодействующая. И боль уже начала отпускать. Потому вчерашние чувства снова охватили с новой силой. А эта дурацкая надпись только добавила жару.

— Классно! – Сестра все еще находилась под впечатлением. – Это так романтично!

Еще одна!.. Свихнуться можно от этих вздохов."

"Легкий куриный суп, который Таня, само собой, сварила с любовью, абсолютно не вызывал аппетита. Вкусовые ощущения будто атрофировались. Зато душевные бунтовали.

В голове звенели обрывки фраз вчерашнего разговора. Притупленное алкоголем чувство вины внезапно ожило.

Что в первый раз девку отшивал? Нет, не в первый. Даже не во второй. Но никогда такого не испытывал. Не чувствовал такой горечи во рту, как после разговора с Юлей.

Как ее прогнать теперь и чем запить, эту горечь?..

Он уже давно полагал, что не ломался под обстоятельства, не вставал перед ними на колени, а, максимум, прогибался, стараясь обернуть их полезной для себя стороной.

Он хотел стать кем-то, пусть даже такими сомнительными способами, какими действовал сейчас; хотел покупать, а не продаваться.

И вчера твердо был уверен, что поступает правильно. И дело не только в том, что она, девочка с серо-зелеными глазами, внезапно встала у него на пути, мешая идти к намеченной цели. Как ни крути, стоило признать, он не имеет права на отношения с Юлей.

И как бы ни хотелось… И если где-то далеко-далеко, на самом краю сознания допустить…

Юля это не запретное яблоко. Юля – это ящик Пандоры.

ГЛАВА 25

— С Пашей чего? Рентген делали? – спросил Денис у Стаса Шаповалова, столкнувшись с ним у входа в спорткомплекс.

Сам Шаурин почти весь день проторчал у Монахова и только сейчас смог вырваться, чтобы заехать в клуб и обсудить с парнями текущие дела. К концу декабря началась какая-то безумная гонка. Хотя, пожалуй, дело это обычное. Люди, по обыкновению своему, все, что можно сделать сегодня откладывают на завтра. Таков русский менталитет.

— Да, трещина в ребре.

— Хорошо.

Хорошо, что только трещина, а не перелом. Пусть валяется у Семеныча в больнице. В эту жеребьевку он все равно не попал, а следующие бои только после Нового года. Успеет на ноги встать. Тебе он как вообще? Что сам думаешь?

— Он тяжеловат.

— Вот и мне так кажется. Посмотрим еще. Зайду сейчас к вам.

За дверями клуба друзья разошлись. Стас отправился в спортзал, а Денис к себе.

Не ожидал он, что застанет в кабинете Юлю. Конечно, такая вероятность существовала.