Мистер Саттон немного смутился:
– Отныне лучше называй меня просто Грэхем, Руби. Я больше не твой учитель.
Я колебалась.
– Боюсь, я не смогу называть вас по-другому. Либо для этого потребуется много лет.
Уголки его губ слегка дернулись.
– Ну, хорошо.
– Чего же вы ждете? – спросила Офелия, входя в комнату с чайником в руке. Она наполнила наши чашки и села во главе стола. – Угощайтесь.
Не знаю, на что я рассчитывала, но уж точно не на то, что за завтраком будет так мило и уютно. Я наблюдала за тем, как мистер Саттон – Грэхем – передает Лидии корзинку с тостами, а Офелия накладывает Джеймсу в тарелку порцию яичницы, и вспомнила ужин вместе с Мортимером Бофортом.
Думаю, Джеймс был так же смущен, как и я, поскольку прошло несколько минут, прежде чем его плечи расслабились.
– Мне нужно тебе кое-что рассказать, – заявил он Лидии спустя некоторое время.
Она замерла:
– Наверняка что-то серьезное.
Джеймс немного помедлил и кивнул. После поведал, что случилось накануне.
Когда он закончил, у Лидии от злости покраснели щеки, а Офелия растерянно покачала головой.
– Папа и правда потерял рассудок…
Офелия вытерла руки о полотняную салфетку, которая лежала рядом с ее тарелкой:
– Типичный Мортимер. Если ему что-то не по нутру, он избавляется от этого. Так и я оказалась в Бекдэйле.
Мы замолчали. Никто больше не прикасался к еде.
– Руби, – произнесла Лидия спустя какое-то время. Она посмотрела на Грэхема, а затем снова на меня. – Мы с Грэхемом поговорили вчера вечером.
Я недоверчиво уставилась на нее:
– Что? Вы с ума сошли? Я…
– Это единственный вариант, – перебила она меня.
– Твой отец отправил тебя сюда, чтобы скрыть твое положение. Ты не можешь явиться в Макстон-холл и рассказать о беременности!
Лидия покачала головой:
– Мне все равно, чего хочет мой отец. Я не могу требовать от тебя, чтобы ты несла наказание за мои – наши – ошибки.
Я с недоверием смотрела то на нее, то на Грэхема.
– А что с Сирилом? – спросила я. – Ты ведь дал ему время до понедельника, чтобы он рассказал Лексингтону правду.
Джеймс кивнул:
– Подожди пока, Лидия. Если Сирил передаст оригиналы снимков, никто не будет наказан. – Он повернулся к Грэхему: – И тебя не отстранят.
Грэхем покачал головой:
– Я все равно не вернусь в Макстон-холл. – Его взгляд упал на Лидию, и он улыбнулся. – В ближайшее время я бы хотел быть здесь.