Если бы я не знала его так хорошо, подумала бы, что он нервничает.
– Я надеюсь, вы понимаете, что груз доказательств против вас был… слишком тяжел. От меня требовались немедленные действия. Я не мог это игнорировать."
"– Я знаю, – сказала я. – Вот только… – Я запнулась и нерешительно посмотрела на Лексингтона.
Он настойчиво кивнул:
– Говорите же, мисс Белл.
Я набрала в легкие воздуха:
– Я думаю, что со многими другими учениками нашей школы вы не обошлись бы так, как со мной в тот понедельник.
Лексингтон наморщил лоб:
– Боюсь, что я вас не понял.
– Мне просто интересно, поступили бы вы со мной так же, если бы мои родители регулярно переводили на счет Макстон-холла большие суммы денег.
Я не могла поверить, что правда сказала это. Я чувствовала, как быстро колотится сердце, когда глаза Лексингтона расширились от негодования.
– Мисс Белл, я попросил бы вас…
Я отрицательно помотала головой:
– Мне очень жаль, мистер Лексингтон, но так я это восприняла. Вы не дали возможности сказать хоть слово в свою защиту.
Лексингтон уставился на меня.
Я подумала, не совершаю ли сейчас большую ошибку, но вместе с тем мне было все равно. Я заговорила о несправедливости, которая годами была проблемой Макстон-холла. Я не знала, изменю ли этим хоть что-нибудь, но меня это мало волновало.
– Спасибо за вашу честность, – сказал наконец ректор Лексингтон. – Мне очень жаль, что так случилось. И я надеюсь, вы знаете, что впредь я приложу все силы, чтобы такое не повторилось.
Я кивнула, хотя знала, что никогда не воспользуюсь его предложением. Я смотрела вслед Лексингтону, как он удалялся назад к костру, и почувствовала, что больше не злюсь на него. Я была даже благодарна ему в этот момент за то, что он преподал мне ценный урок.
Ибо теперь я знала, что у всякой истории есть как минимум две стороны и каждая из них заслуживает того, чтобы ее выслушали.
ДжеймсМоей задачей в этот вечер было продавать ученикам штокброт – и по возможности незаметно наблюдать за толпой и присматривать за Руби.