Адвокат Миронов имел полное право излить на меня свой гнев теперь, когда я не был занят. И он воспользовался своим правом в полной мере, обрушив на мою голову все громы и молнии и, в завершение, отказав мне от дома. Что ж, я принял наказание безропотно. В конце концов, я его более чем заслужил.
После общения с Виктором Ивановичем я поехал в управление. Нужно было закончить дела и подчистить кое-что. Да и с Трегубовым следовало объясниться. Он наверняка потребует от меня внятных обоснований моих действий.
Мы с Коробейниковым стояли навытяжку в кабинете, а Трегубов расхаживал перед нами, как тигр в клетке. Очень Николая Васильевича расстроило, что он не смог сам спасти фрейлину Императрицы.
— Как могло случится, что похитители исчезли из города? — возмущенно вопросил Трегубов.
— Главное было найти Нежинскую и Миронову, — ответил я. — Пока мы их искали, они и скрылись.
Полицмейстер задумался. Интуитивно он чуял, что есть здесь какой-то подвох, но поймать меня не мог.
— Логично, — вздохнул он. — Ну что ж, хорошо. Сюда они больше не сунутся. Дело закрыто.
— Так точно, — ответил я.
— Одного не понимаю! — сказал Николай Васильевич. — Из-за чего весь сыр-бор?
Я оглянулся на Коробейникова, но не стал гнать его из кабинета, а просто отвел полицмейстера в сторону.
— Все дело в старом карточном долге князя, — понизив голос, сообщил я ему доверительно.
— Вот это поворот! — изумился господин Трегубов.
— Слава Богу, теперь все улажено, — продолжил я, — хорошо было бы огласки этому не придавать. Князь будет точно не в восторге.
— Не сомневайтесь, — заверил меня Николай Васильевич. — Секретность будет обеспечена.
На этом наш полицмейстер официально поблагодарил нас за службу и откланялся наконец.
— И все-таки, как Вам удалось найти это место? — спросил меня Антон Андреич, едва Трегубов покинул кабинет.
— В карты выиграл, — усмехнувшись ответил я ему чистую правду. — Только в отчете это не пишите.