Я послал ей свой самый сердитый взгляд. Между прочим, подобными сплетнями я был обязан именно ее участию в полицейских делах. Могла бы хоть не смеяться теперь!
— Ладно, господа, а может быть выпьем, а? — попытался сменить тему Игнатов. — Ну, Вы все-таки все у меня в гостях.
Мы с Анной Викторовной одновременно и весьма удивленно на него взглянули.
— Да, — продолжал купец, — с сегодняшнего дня я хозяин этого дома! Да-да! Купил со всеми этими, привидениями!
И он снова расхохотался. Куницын поддержал его хихиканьем.
Вот это новость. Игнатов, появившейся в Затонске после смерти Караваева, до этого момента у меня подозрений не вызывал. Но, если задуматься, мотив у него самый что ни на есть очевидный: и долю Караваева в деле он выкупил, и даже дом его. А что в Москве был, так наемные убийцы не перевелись еще. Тот же Ласточка за хорошие деньги не отказался бы. Надо будет присмотреться к этому господину Игнатову повнимательнее и сведений о нем побольше собрать.
— Господин Куницын, — сказал я, игнорируя Игнатова, — пока мы не установили, кто вломился в этот дом и зачем.
Куницын хихикать перестал немедленно. Сразу понял, что поторопился, продавая дом до завершения следствия, чем вызвал еще большие мои подозрения. Надеюсь, он найдет управу на своего нового компаньона. А не то ее найду я.
Покинув дом, я остановился у крыльца, поджидая Анну Викторовну. Мне хотелось все-таки выяснить, что ей удалось узнать о любовницах купца Караваева. А еще мне просто хотелось с нею поговорить, что уж тут скрывать.
Анна спустилась с крыльца, и я подошел к ней, пытаясь выглядеть весьма озабоченным делом.
— Так Вы что, кого-то подозреваете? — спросил я ее, понизив голос.
— Три любовницы Караваева, — поддержала Анна Викторовна мой деловой тон, — Поднозова, Алексеева и Стрельцова, договорились его разыграть и сшили себе одинаковые костюмы Коломбины. И одна из них и убила, только я не знаю, кто.
— Интересная версия, — похвалил я ее. — Я тоже был у портнихи.
Анна Викторовна улыбнулась чуть иронично:
— Всего доброго.
Жаль, я надеялся, она обрадуется тому, что я отнесся к ее рассказам о видении на балу серьезно и даже их проверил. Но, кажется, мы снова в ссоре, и я опять не понимаю, из-за чего. Зато я отлично понимаю, что вовсе не хочу, чтобы она сейчас уходила.
— Караваева мог убить и сам Куницын, — поделился я своей версией, — чтобы избавиться от компаньона, которому был должен много денег.