Яков. Воспоминания (СИ)

А «розочка» в качестве орудия убийства говорила прямо о противоположном.

— Но это спонтанное решение, — задумчиво произнес я.

— А это значит, что он пришел не убивать, — высказал предположение Александр Францевич.

— Ну, а зачем же он тогда пришел к дому Мироновых? — спросил я в растерянности, окончательно переставая понимать логику произошедшего.

— А я иначе поставлю вопрос, — строго сказал доктор Милц. — Зачем они оба туда пришли?

— К тому же, мы не нашли орудие убийства на месте преступления, — вздохнул я.

— Яков Платоныч, — сказал мне доктор, явно пытаясь меня утешить, — а может, Вы просто плохо искали?

Что ж, с ним нельзя не согласиться.

Я сам вообще не искал. Искал Евграшин, но он тогда не знал, что именно ищет, и разбитую бутылку мог пропустить. Так что мне стоит отправиться обратно к Мироновым и попробовать поискать самому еще раз. Заодно буду уверен, что искал тщательно. И время убью. Заняться мне пока нечем, кроме как сидеть в управлении и строить необоснованные версии, пугая себя самого еще сильнее. В чем-то я даже завидовал Коробейникову, который бегал по городу, вызнавая личность убитого. Он хоть занят, и на сумасшедшие версии у него нет времени. Вот и мне следует чем-то заняться. И поиск орудия преступления вполне подойдет.

А еще, будучи у Мироновых, я имею шанс повидать Анну Викторовну. Может, ей будет не так страшно рядом со мной? Мне-то точно станет легче, если она будет рядом.

По пути меня нагнал Коробейников."

"— Яков Платоныч, я все узнал, — выпалил он, пытаясь отдышаться после бега.

— Убитый — Анненков Александр Васильевич, профессор математики.

— Вот как! — даже приостановился я, заинтересовавшись этими новостями. — Математики поспорили о мифической Формуле Создателя?

— Напрашивается вывод, — несколько неуверенно сказал Антон Андреич, — что убийца — математик?

— Никто другой не мог знать об этой Формуле, — пожал я плечами.

— Значит, надо искать математиков! — приободрился Коробейников, почувствовав почву под ногами.

— Ну так ищите, — велел я ему, — в меблированных комнатах, в гостиницы загляните и в дом терпимости.

Никто не знает, чем математики шутят. Я у Мироновых.

Вернувшись на Царицынскую, я не стал беспокоить хозяев, а принялся за тщательные поиски в саду вокруг беседки. Впрочем, достаточно быстро я обнаружил, что один из обитателей дома проявляет к моим действиям любопытство. Петр Миронов наблюдал за моими поисками, почему-то старательно прячась за деревом.

— Да полноте, Петр Иваныч, — сказал ему я.