Три метра над небом. Трижды ты

Потом снимаю шляпу, поигрываю ей, похлопываю ладонью по тулье, делая нечто вроде складки, но стараюсь не встречаться глазами с Симоне.

– Знаешь, когда-нибудь я с удовольствием отметил бы твой успех, это было бы по-настоящему здорово…

Я поднимаю взгляд и улыбаюсь. Он слегка смущен.

– Да, конечно, мне тоже было бы приятно.

– Но если тебя выгонят из «Футуры», это вряд ли произойдет…

– Тогда будем надеяться, что меня не выгонят.

– Я тебя не спрашиваю, с кем ты сегодня встречался, потому что, если ты мне соврешь, мне придется тебя уволить.

И я боюсь, что ты можешь совершить подобную глупость.

Теперь он смотрит на меня отважно, не испытывая неуверенности, почти весело.

– Я видел Паолу Бельфьоре.

– Но мы тебя просили с ней не встречаться.

– Мы обедали вместе.

– Это неважно, что ты делал и чего не делал. Ренци сказал ясно. Она – бомба. Тебе достаточно ее коснуться, и мы взорвемся.

– Я ее не касаюсь.

На этот раз улыбаюсь уже я.

– Тебе двадцать три года. Я прекрасно помню себя в этом возрасте.

Если бы подобная ей мне понравилась и проявила бы ко мне хотя бы малейший интерес, то я бы не стал никого слушать. Значит, я тебя понимаю, но не говори мне ерунды.

– Послушай, Стефано, не знаю, что со мной случилось. В Чивитавеккья я встречался с девушкой, и мне было очень хорошо. Но дело в том, что с Паолой у нас происходит что-то невероятное. Она всегда говорит мне то, что мне хотелось бы от нее услышать, и ведет себя точно так, как я себе воображаю… – Симоне смотрит на меня так, словно он хотел бы найти во мне друга, с которым можно было бы поделиться подобным.

 – С тобой никогда такого не случалось?

– Случалось.

– Ну вот, значит, ты можешь меня понять. Знаешь, от таких вещей невозможно отказаться…

– Ты прав, это нелегко. В моем случае за меня это решила судьб а.

– А если бы этого не произошло? Ты бы согласился принять решение и больше никогда с ней не встречаться или потерял бы работу?

– Может, я бы совсем погиб, но этого не случилось. А вот за тебя судьба не решит.

Ты должен думать сам. Значит, ты можешь или продолжать у нас работать, или тебе придется оставить нам этот формат и уходить работать в какое-нибудь другое место. Может, тебе еще представятся возможности, но я тебе скажу одну вещь. Паолу Бельфьоре очень любило большое начальство. Куда бы ты ни пошел работать, когда там узнают, что ты обременен этим, так сказать, «преимуществом», от тебя избавятся. Это все равно что приносить в дом тротил с зажженным фитилем.