Скорее, я заставляю человека страдать, но говорю правду.
На секунду кажется, что обстановка становится несколько напряженной. И Ренци искусно сразу же ее разряжает:
– Ну как, ты уже решил, как продолжать передачу?
– Да, я хотел тебе это предложить. Я позвал сюда, в компанию, Витторио Мариани и других авторов, чтобы переделать кое-что в сценарии, и еще, если вы не будете возражать, пригласил Данию Валенти: мне кажется, она единственная среди всех действительно способная.
Анджела кивает.
– И к тому же самая красивая или, по крайней мере, самая женственная! Она уверенная, спокойная и не соперничает с другими.
Симоне разводит руками.
– Вот видишь? А ведь я ее даже не подготовил. Это такая редкость, когда одна женщина так говорит тебе о другой женщине… Тебе она нравится?
Ренци напрягается, но всеми силами старается этого не показать.
– Да, ваши оценки кажутся мне справедливыми.
Симоне смотрит на него со странной улыбкой, как если бы он прекрасно знал, что у Ренци с ней роман. Но, судя по всему, он еще сомневается.
– Так, значит, мы договорились?
– А что бы ты хотел с ней сделать?
Произнося эту фразу, Ренци конфузится от досады, которую испытывает. Ему кажется нелепым быть таким ревнивым, без всякого повода, по крайней мере, конкретно в этом случае.
Симоне открывает ноутбук.
– Ну вот, смотри, я отметил кое-какие симпатичные сценки, которые мы можем поставить, но, самое главное, я бы хотел, чтобы вместо Джури была она. А иначе я бы поставил их обоих в дурацкое положение, если судить по тому, как это было у Джури с Риккардо.
Сейчас Ренци рассуждает исключительно с профессиональной точки зрения.
– Да, это верно.
– А Джури мог бы сделать вид, что в нее втрескался и что страдает и из-за того, что мы с ней общаемся, и потому что она мало-помалу отвлекает внимание публики на себя.
– Можно?"
"И тут на пороге появляется Витторио Мариани с тремя авторами и, естественно, Дания Валенти.
– Привет.