Запрети мне любить

В самом конце ужина, когда гости уже собирались уходить, появился друг отца. Я так поняла, его не ждали, потому что, когда охрана докладывала родителю, он явно был недоволен, но разрешил пропустить гостя в кабинет.

– Маша, давай встретимся на днях, сходим куда-нибудь вдвоем? – предложил Сергей. Ожидаемое приглашение, но я не обрадовалась, хоть на лице моем и расцвела улыбка под пристальными взглядами глав семейств и их вторых половин.

– Конечно, ты мне позвонишь?

– Диктуй номер, – он вбивает цифры, а я думаю о том, что у меня появился хороший повод вернуть телефон.

– Пусти мне дозвон, я запишу, – смотрю на отца, который не сразу соображает, что я от него хочу.

– Маша, ты забыла сумку у меня в кабинете, сейчас принесу, – улыбается Лютый будто заботливый родитель. – Подождите минутку, – папа скрывается в коридорах особняка, а я, немного рискуя, приближаюсь к Сергею, кладу ладонь на грудь, где громко стучит его сердце, и шепчу ему на ушко:

– Я буду ждать в выходной твоего звонка, – хотя знаю, что отключу телефон на весь день.

– Ты такой классный, – весь этот спектакль для Анны Леонидовны, которая не сводит с нас недоверчивого взгляда. Ее губы недовольно поджимаются. Мама этого не видит, она в это время внимательно слушает заумную речь депутата.

– Сережа, нам уже пора, прощайся с Марией, – встревает женщина: как я и думала, она не позволит сыну самостоятельно принять решение.

– Я думаю, мы с вами подружимся, – дерзко заявляю Анне Леонидовне, и, пока ее лицо продолжает вытягиваться, я добавляю: – Папа, наверное, не может найти мою сумку, пойду, помогу.

Уже подхожу к кабинету, когда слышу яростные голоса – это отец и его друг Бык, такой же бандит, как и мой родитель.

– Ты обещал подумать, Лютый! Так дела не делаются, ты меня кинуть решил?

– Бык, не кипятись, я еще не принял решение. Свою позицию по этому вопросу я тебе еще в прошлый раз высказал.

– Я хочу твою дочь, и ты мне ее отдашь! – не говорит, а бешено рычит Ярослав Быков…

* * *Миша

Мне нужна секунда, чтобы принять решение.

Не пойму, почему Пуговкин отец поднял трубку. Сброшу вызов – Лютый заинтересуется этим звонком. Заговорю – у Маши могут возникнуть проблемы.

– Папа! – врывается в сознание испуганный голос моей девочки. – Там Сережа уже уходит, мне телефон нужен. Номер его записать.

«Какой, нахрен, Сережа?» – начинаю закипать.

– Тут тебе кто-то звонил, я ответил.

– Маша, поздороваться не хочешь? – слышу еще один взрослый мужской голос, он меня напрягает своей развязностью.