«Как болит голова!»
С этой болью Това ничего не могла поделать. Как и остальные избранные, обладающие необычными возможностями, Това ничего не могла сделать для себя.
В нос ударил запах давно нестиранных носок и немытых ног. Только бы не расчихаться!
На переднем сиденье снова заговорили. Това навострила уши.
— Слушай, Берт, а чо этот таинственный «бог» так боится этих — ну, за кем мы следим?
— Если б знать, — буркнул шофер. — Он должен быть доволен. Самолет, верно, уже взорвался.
«А вот и вряд ли», — мысленно поспорила с ним Това.
— Чо там говорил первый? У них есть какая-то вещь, что необходимо уничтожить! — проговорила девица.
— Да, таков приказ. Я не знаю что это. Но теперь-то от этой вещи и следа не осталось.
— Думаешь, первому понравится, что вы взяли девку?
— Еще бы! Из нее можно много чего вытянуть. Нашими-то методами! — Лассе громко заржал.
— Страшна, как черт! Если первый решит ее кончать… Потеря для мира небольшая, — прокомментировала девица.
«А вот уж это мы решим на месте.
Тове очень хотелось посмотреть, с кем же она имеет дело. Но больше всего ее интересовал этот первый. Вопрос только в том, удастся ли ей на него взглянуть? Или придется довольствоваться слышанным?
М-да, будущее предстало перед ней далеко не в радужном свете.
— За нами едет мотоцикл, — повернувшись, Лассе опять больно ткнул Тову ногой.
— Ну и? — спросил Берт.
— Он уж давно за нами едет. Тяжелый, дорогой аппарат!
— Что там за рожа?
— Не вижу.
— Полиция?
— Не думаю. Все щас хотят выпендриться. Жми на железку!
Машина поехала быстрее. Тове стало нехорошо.
— Ну чо, оторвались?
— Не, он как приклеенный.
«А мне мотоциклист симпатичен», — подумала Това. Мотор взревел, Тову отбросило к сиденью. С большим трудом девушке удалось подавить крик боли.
Натаниель, Эллен и Габриель обнаружили отсутствие Товы.
— Ничего не говорите Рикарду, — предостерег Натаниель.
— Да, мы явно просчитались. Кто бы мог подумать, что Тенгель Злой начнет строить козни уже сегодня. Мы-то думали, что злоключения не начнутся раньше приезда в долину, — согласилась Эллен.
— Слишком беззаботно мы себя вели. Теперь расплачиваемся, — кивнул Натаниель.
— Вы думаете, он уже пробудился? — шепнул Габриель.
— Скорее всего.