Возможно, какой-то бессмертный мастер создал её для развития заклинательских навыков или же просто хотел немного разогнать тоску. Пойдём-ка прогуляемся и разузнаем, что к чему."
"И они стали неторопливо продвигаться через горный лес, который был не то иллюзией, не то чем-то иным. Совсем скоро перед ними предстал маленький деревянный домик.
Едва увидев строение, Вэй Усянь коротко вздохнул, и Лань Ванцзи тут же спросил его:
— Что такое?
Вэй Усянь пригляделся к домику и ответил:
— Это место кажется мне знакомым.
Домик представлял собой самое обыкновенное деревенское жилище, и подозрения Вэй Усяня оставались лишь подозрениями, ведь он не мог сказать наверняка, доводилось ли ему в действительности видеть нечто подобное. Как раз когда он размышлял об этом, из домика донёсся скрип ткацкого станка.
Они переглянулись и без лишних разговоров направились внутрь.
Однако, войдя в домик и окинув комнату взглядом, застыли как вкопанные.
Внутреннее убранство оказалось совершенно иным, нежели самые худшие их предположения.
Внутри домика сидел «Лань Ванцзи»!
Этот «Лань Ванцзи» выглядел таким же стройным и прекрасным, как и тот, что сейчас стоял подле Вэй Усяня. На нём была надета скромная, но не грубая, белая с голубым рубаха, которая, впрочем, нисколько не скрывала манеры и осанку прославленного заклинателя. Кажется, ткацкий станок рядом с ним был зачарован — двигался сам по себе и со скрипом ткал холст.
Двое незваных гостей оказались уже почти на пороге, при этом создавая немалый шум, но «Лань Ванцзи» будто и не замечал их — с бесстрастным выражением он белоснежным изящным пальцем перелистнул очередной свиток.
Вэй Усянь посмотрел на Лань Ванцзи рядом с собой, затем на того «Лань Ванцзи», что сидел в комнате, и на него снизошло внезапное озарение:
— Так вот в чём дело, я понял!
Лань Ванцзи слегка приподнял брови — это неприметное движение означало недоумение.
— Что?
Вэй Усянь объяснил:
— Эт-т-то же мой сон!
Стоило ему договорить, как снаружи в дом расхлябанной походкой ворвалась стройная фигура в чёрном, которая, растягивая слова, объявила:
— Гэгэ, я дома!
Вошедший «Вэй Усянь» на плече нёс мотыгу, в руке держал плетёную бамбуковую корзину для рыбы, пожёвывал травинку и явно пребывал в отличном настроении.