Вэй Усянь даже подозревал, что старик — перерождение лотосового демона, поскольку, если лотосов в пруду становилось меньше, он видел это как на ладони, и наносил столько ударов, скольких лотосов не досчитался. Его лодка легко скользила по воде, а вместо весла старик пользовался бамбуковым шестом, который с глухими ударами пребольно обрушивал на нарушителей.
Остальным юношам раньше тоже доставалось бамбукового шеста, поэтому они тут же зашипели друг на друга:
— Быстрее, бежим! — затем похватали вёсла и бросились наутёк.
— Странно!
Цзян Чэн встал рядом и тоже спросил:
— Почему лодка старика плывёт так быстро?
Они увидели, что старик сидит к ним спиной и пересчитывает лотосы в лодке, а бамбуковый шест лежит в стороне, неподвижно.
Юноши разом насторожились. Вэй Усянь предложил:
— Давайте подплывём к нему.
Когда они оказались ближе друг к другу, юноши увидели за кормой лодки старика белый силуэт какого-то создания под водой, который то исчезал, то становился отчётливо виден!
Вэй Усянь обернулся и сделал остальным знак вести себя тише, приложив указательный палец к губам, чтобы не напугать старика и того речного гуля под водой.
Через мгновение на поверхность всплыли кожурки от семян лотоса.
Кто-то из юношей крайне потрясённо воскликнул:
— Невероятно! Речной гуль тоже ворует лотосы!
Старик наконец заметил подплывшую к нему лодку и с большим лотосом в одной руке и шестом в другой развернулся к ним. Это движение напугало речного гуля, послышался всплеск, и белый силуэт исчез. Юноши тут же закричали:
— Куда собрался?!
Бултых! — Вэй Усянь прыгнул в воду, ушёл на самое дно и вскоре вынырнул, держа тварь в руках.