И да, малышка, я тоже поддался общей атмосфере сентиментальности, и меня прет на откровения. Видишь, какой я говорливый сегодня?
– Слышу.
Она тоже вдыхала его аромат, ставший родным, и поглаживала спинные мышцы.
– Со мной всегда будет трудно, Саш. И характер у меня взрывной.
– И что ты хочешь этим сказать, Осетин? По-моему, ты мне предложение уже сделал, поздновато «рекламировать» себя.
Он негромко засмеялся.
– Я тебе выбора не оставил.
– Олег, вот ты говоришь, что я маленькая… Хорошо, спорить не буду.
Его руки метнулись к её лицу, зажали, пальцы жестко зафиксировали скулы, заставив Сашу посмотреть в лицо Олегу. Тот разозлился, это было видно не вооруженным взглядом, а слова, что обрушились на Сашу, служили тому подтверждением:
– Не смей больше подобное не то, что произносить, даже думать не смей! Поняла?
– Олег…
– Ты меня поняла?
– Да…
Его губы ужалили в требовательном, не менее жестком, чем прикосновении поцелуе, который длился всего несколько секунд.
– Саша, ты невероятная! Думаешь, меня в тебе привлекло тело? Да, конечно, чего тут юлить, на первых порах – согласен! Да и какой нормальный мужик пройдет мимо подобной красоты! Но, пойми ты, ни одного мужика ещё никто не удержал упругими титьками и «бразильской» задницей! И к красоте со временем привыкаешь.
Саша плотно сжала губы.
Её Осетин сегодня вновь и вновь удивлял.
– Ты откровенен… это так необычно.
– Привыкла, что я резок?
– Ты не резок, ты… просто другой.
Немного грустная ухмылка исказила красивое лицо Олега.
– Ну, так пользуйся моментом, куколка, наслаждайся моим красноречием. Следующий раз меня пробьет лет этак через десять.