Принц выглядел мрачно, его руки покоились на рукояти валирийского меча. А Рейнира, казалась обескураженной, власть и война, свалившиеся на неё внезапно, оставили на ней свой тяжелый след.
— Во имя всех богов, зачем ты здесь, клятвопреступник! — грозно произнёс принц Деймон.
— Я буду говорить с королевой, а не с принцем — консортом. — ответил я.
— Ты будешь говорить со мной, — обнажил меч Деймон, — а после я обезглавлю тебя.
Вместо ответа я демонстративно прошёл мимо Деймона и подошёл к Расписному столу, где стояла Рейнира.
— Как это понимать? — спросила Рейнира, максимально официальным голосом. — Вы присягаете, один из первых, Узурпатору, а затем являетесь сюда. В какую игру вы играете, сир Томас?
— Я служу истинной королеве. — сказал я. — Да, мне пришлось преклонить колено перед Эйгоном, но это лучше, чем голова на пике.
— Лорд Мерривезер и леди Фелл с тобой бы не согласились, — возразил Деймон.
— Они были честными, но недальновидными. Тем не менее, я пришёл не с пустыми руками, моя королева, у меня сразу два хороших подарка.
— Каких? — спросила Рейнира, чуть изогнув уголки губ.
— Во — первых, третий по размерам дракон Семи Королевств. Во — вторых, на Железных островах сменился лорд, не без моей помощи, и он шлёт вам свой привет, клянётся в верности и обещает в самое ближайшее время послать Железный флот на Ланниспорт.
— Это воистину хорошие новости! — раздался голос сзади. В палату вошёл лорд Корлис Веларион с брошью Десницы и со своей супругой принцессой Рейнис.
— А мы уж думали, что вы решили изменить королеве, сир Томас, но вы всегда умеете удивлять. — улыбаясь сказала Рейнис.
Я заложил руки за спину.
— Да.
Деймон убрал меч в ножны, и, подойдя ко мне близко — близко прошептал.
— Я не Отто, если помыслишь о предательстве, познакомишься с Тёмной Сестрой."
"— Поживём подольше, узнаем побольше. — ответил я. — Кстати, — продолжил я громко, — я узнал кое — какие планы Отто и Зелёных.
— Было бы интересно послушать.
Но вдруг в покои вошёл какой — то лорд.
— Моя королева, — позвал он.
— Да? — спросила Рейнира.
— У меня вести, ваша милость.
— Вести? Откуда?
— Ваш сын… Люцерис…
— Что?…
Я увидел, как изменилось лицо королевы.
— Боюсь, простите моя королева…
— Ну, говори же, забери тебя Иной. — окликнул я его.
— Мне очень жаль, ваша милость, но он погиб.
Рейнира Жестокая
Месть хороша, пока ты её не совершил.