Военная стычка Бракенов и Блэквудов побудила короля сменить Десницу. Осторожный сир Отто был отправлен в отставку, а его место занял сир Кристон Коль. Этот проклятый рыцарь не давал мне покоя. Уроженец крохотного рыцарского дома из Дорнийских марок, он должен был стать межевым рыцарем и всю жизнь провести в путешествиях или сражениях, иногда зарабатывая на жизнь редкими турнирами. Но вместо этого он не побоялся действовать и вытянул золотой билет. Сам факт попадания в Королевскую гвардию уже вписал его в историю Вестероса золотыми буквами, а теперь он ещё стал и лордом — командующим, Десницей короля, да ещё и тайный любовником королевы — матери.
Затем Бейла принесла новость о том, что большое войско пошло от Королевской гавани, а это значило, что Гевейн Хайтауэр и Кристон Коль двинулись походом на битву с Чёрными. Медлить было нельзя. А меж тем наши силы оставляли желать лучшего. Корлис был занят постройкой новых кораблей, Деймон пропал в Речных землях, а я сидел безвылазно на Драконьем камне.
Меж тем между членами Чёрного совета росла смута. Рейнира выглядела откровенно слабой, на фоне своего брата. А её желание на как можно дольше оттянуть кровопролитие и большую войну союзники рассматривали как ещё большую слабость.
После очередного совета ни о чём, я решил поговорить с королевой с глазу на глаз, но в её покои меня не пустили.
— Что это значит? — сурово спросил я у сира Марбранда, — я член совета!
— Приказ королевы, сир! Никого не пускать.
Разумеется, я таким ответом не удовлетворился. Поэтому нашёл Миссарию, тем более, что они с королевой стали уж очень близки с пор знакомства. Прямо, как подруги детства.
— Где Рейнира? — спросил я в лоб.
— Не знаю. — соврала Бледная Пиявка.
— Рейнире не понравится, если ты вдруг пройдёшь погулять по стене и упадешь на острые камни. — сказал я.
— Она в Королевской гавани.
— Г… где?! Где, мать твою!?
— В Королевской гавани. Она решила поговорить с Алисентой Хайтауэр."
"— Скажи мне, что это всё бред, что я просто брежу! Этого быть не может, мать твою! Проще было сразу сдаться на милость своего брата. Это ты, ты, узкоглазая сука ей помогла!
Я схватил Миссарию за шею и сжал так, что она захрипела.
— Я тебя задушу.
— Она не хочет войны… — прохрипела Миссария.