Следи, чтобы овцы были целы, сыты и дерьмо убрано! А не то вылетишь на улицу, обратно в свой Блошиный тупик, подонок! Ты понял?
— Так точно! — ответил я с готовностью.
— Тогда за работу, мать твою! — гаркнул он. И не успел я глазом моргнуть, как мне всучили деревянную лопату и заставили выгребать эти Авгиевы конюшни, забитые овечьим дерьмом до самого забора.
* * *Прошла неделя, как я оказался в этом мире. С одной стороны, мне повезло ещё. Ведь я не знал предыдущей жизни этого человека, Тома, чью внешность и имя теперь носил, а у меня уже была работа, кров и кормёжка.
По сути я работал за еду. Да и та была плохой. Мой распорядок дня был таков. Встать со светом, поесть пшеничной или ячменной каши с овечьим жиром, затем работа до полудня, после — обед, состоящий их водянистой овощной похлёбки, куска хлеба и горсточки луковиц чуть больше гороха, затем вкалывать до заката, где мне давали миску печённых бобов и рог эля, разбавленного водой так, что и эля не чувствовалось, затем недолгий и тревожный сон, среди пердежа и блеяния овец.
Мяса или даже рыбы мне не давали.
В воскресенье или как там назывался этот день, после того как я до обеда ишачил за четверых, мне дали миску похлёбки и объявили, что до утра у меня выходной. Съев это скудное хлёбово, и даже не насытившись, я понял, что ещё неделю так не протяну, в этом проклятом дне сурка. Тощий Том отощал ещё больше. Неудивительно, что в средневековье продолжительность жизни была всего тридцать — сорок лет.
Впрочем, как известно, у Вселенной на каждого есть свои планы, и она ничего просто так не делает.
Посему мною было решено начать действовать.
* * *Впервые за неделю я смог как следует оглядеть Драконье Логово. Это действительно было чем — то захватывающем. Даже удивительно, как они его построили.