Многие при дворе перешёптывались, что Визерису стоит изменить свою волю, назвав своим наследником, согласно Андальским законам, именно Эйгона.
— Боги оказали тебе честь, брат! — Джейс и Люк переглянулись. — Тебя избрал дракон. Смотри!
Глаза Эймонда расширились, из чёрного провала, который вёл в подвал логова послышался какой — то шум, а потом оттуда выбежала… свинья. Свинья с приделанными крыльями. Возмущённый вопль Эймонда утонул в диком хохоте брата и племянников. Принц готов был бросится на обидчиков с кулаками, но тут в дело вступил я.
— По — вашему это смешно?
Смех моментально прекратился. Джейс и Люк стушевались, только Эйгон смотрел прямо мне в глаза, в его взоре читались нахальство и спесь.
— Сир Томас. — сказал он, — почему вас называют Чёрным?
— Из — за моей чёрной души, — сказал я, шагнув к принцу, тот отступил, остальные тоже попятились.
Эйгон криво улыбнулся.
— Вы нас не напугаете… — но его голос был неуверенным.
— Я и не собирался вас пугать. Вы ничего не знаете о жизни, как и о людях, там, за пределами дворца или логова драконов.
Эйгон верно хотел было что — то возразить, но всё же предпочёл уйти, вместе с Люком и Джейсом. Только Эймонд остался.
— Вы не Таргариен, сир, — сказал он, не по — детски испытующе глядя на меня. — Но летаете на одном из самых больших драконов Вестероса, как так?
Я подошёл к нему почти вплотную и нависнув над принцем, как башня, сказал.
— Хочешь я открою тебе один секрет, малыш? Главная ложь Таргариенов состоит в том, что только представитель их дома, тот, в котором течёт капля их крови может летать на таком звере.
— Я хочу летать на драконе… — тихо, но уверенно сказал Эймонд.
— Рано или поздно тебя ждёт успех, не вешай нос и действуй, тогда ты достигнешь успеха. И из кислого молока можно сделать сыр. А теперь бегом домой, сынок.
Принц сделал шаг назад, глядя на меня, ещё бросил взор в сторону входа в подземелье, сердито покосился на мирно жующую какой — то мусор свинку и побежал к белому проёму выхода, а я глядел ему в след и думал. Зелёные или Чёрные? Рано или поздно выбирать всё равно придется.