Драконий Лорд

Я перешагнул через валявшийся меч, который, впрочем, чуть позже подобрал и повесил на стойку паж, и сказал.

— Сделаю открытия для вас, сир, война и тренировка не одно и то же.

— Я знаю, — бравировал Коль, — я был на войне.

— Да, — резко отпарировал я, — в Дорнийских марках. Вы были стюардом у какого — то лорда, никак не могу вспомнить его имени, а потом война закончилась.

Коль помрачнел, мне показалось, что он готов был бросить мне перчатку, дабы вызвать на поединок, но тут в дело вмешался Стронг.

— Сир Кристон, это только тренировка, не станем ссорится.

— Лично я ни с кем не ссорюсь, — ответил я подчёркнуто спокойным тоном и повернувшись к Колю спиной, пошёл, заложив руки за спину, к трибуне, на которой сидел Визерис и его Десница.

Но раздраконенный Коль просто так не остыл, он решил выместить свою злобу на других. А может это был осознанный план, не буду судить, но как только я отошёл в сторону, он устроил поединок между Эйгоном, старшим сыном короля и Джейсом, старшим сыном Рейниры.

Поединок задумывался как тренировочный, принцы сражались как дети с палками, а не как будущие воины, глядеть на это было скорее смешно, хотя я сам, когда начинал учится, был не лучше, за Джейса «болел» Харвин и давал ему целевые указания, за Эйгоном стоял Кристон, который подсказывал ему, что делать, точнее понукал его фактически избивать более мелкого и хилого оппонента, я бы поставил на Эйгона золотой, но у меня хватило ума промолчать перед королём, кончилось всё тем, что Эйгон завалил Джейса и стал его избивать, не знаю, чем кончилось бы дело, но тут влез Харвин, он отбросил Эйгона в сторону и стал кричать, что так сражаться не честно, я решил подойти, чтобы вставить свои пять грошей, но меня опередил Коль.

— Вы слишком уж участливы, сир Харвин, — с усмешкой сказал он Стронгу. — Вы болеете за принца, как за своего сына.

Тут лорд — командующий городской стражей как с цепи сорвался. Он огромным кулачищем врезал в лицо сиру Кристону и попал в нос.

Тот завалился на спину, забрызгав белый пурпуэн[28] своей кровью. Более того, не удовлетворившись сиим деянием он оседлал сира Коля, что дорнийскую лошадь и стал молотить, как коня пудовыми кулачищами, требуя, повторить свои слова. Только четыре королевских гвардейца сумели его оттащить. Несмотря на то, что глаз сира Кристона заплыл, а из сломанного носа текла юшка, он отчего — то смеялся.