Мол, найдете их — хорошо, не найдете — тоже неплохо, потому что и без вас знаю, где сейчас гельветы. Все правильно его поняли и выехали из лагеря, но не на поиски, а на охоту. С провиантом с каждым днем становилось все напряженнее. В отличие от римской армии, у эдуев войско само заботилось о пропитании. Запасы, взятые из дома, уже заканчивались, а грабить соплеменников нельзя. Впрочем, все ближние деревни все-таки были обобраны под предлогом снабжения защитников отечества.
Я тоже выехал из лагеря в сопровождении своих постоянных сотрапезников и тоже на охоту.
Направились мы в сторону реки Арар. Было душно, день обещал быть жарким, поэтому ехали медленно. Примерно через час нас обогнал отряд из одиннадцати человек под командованием одного из приближенных Думнорикса. Мне показалось, что он был не рад увидеть нас здесь, но ничего не сказал, поскакал дальше. Подозреваю, что, как и мы, едет к гельветам, но с другой целью, и хорошо знает дорогу. Я отпустил приближенного Думнорикса метров на двести, после чего пришпорил и своего коня.
Мы ехали за этим отрядом часа три или больше. Отстали, когда оказались у реки. Дальше дорога шла параллельно ее берегу на удалении метров двадцать-тридцать. Скорее всего, к мосту или броду. Судя по очень медленному течению, из-за чего трудно понять его направление, это Арара. Была она шириной метров сто. Вода чистая, прозрачная, видны камни на дне метров на пять от берега. От этого места двигались медленно и осторожно. Мы не посланники Думнорикса и, если нарвемся на большой отряд гельветов, разговор с нами будет короткий, так что лучше, чтобы этого не случилось.
Первым голоса со стороны реки услышал Дуфф. Он остановился и молча показал рукой в ту сторону. Мы тоже остановились и прислушались. Переговаривались не менее трех человек. Голоса были радостные. Я подумал, что там кто-то купается.
— Рыбу ловят бреднем, — сказал Кон, который понимал гельветский язык.