"
"Рыбаков было трое: двое голых тянули мелкоячеистый бредень длиной метров пять, а по берегу с их одеждой под мышкой и прижатой к другому боку корзиной, заполненной наполовину рыбой и раками, шел одетый в желтовато-белую льняную рубаху и короткие шерстяные темно-серые штаны, на кожаном ремне которого висел только длинный нож. Видимо, не ожидают нападения, потому что лагерь где-то рядом. Вот голые завернули к берегу и вытянули на сушу сеть с мотней, заполненной рыбой и раками. С радостными криками все трое начали перекладывать крупную добычу в корзину, а мелочь выбрасывать в реку.
— Где ваш лагерь? — спросил я, а Кон перевел.
— Там, — показал одетый пленник вверх по течению, — переправляются через реку.
— Много уже переправилось? — спросил я.
— Много. Сегодня должны закончить переправу тугены, а завтра начнем мы. Нам по жребию выпало переправляться последними, — рассказал он.
Язык был похож на иллирийский с добавлением кельтских и германских слов.
— Из какого ты пага? — поинтересовался я.
Гельветы делятся на четыре пага, как они называют свои племена.
— Тигурин, — ответил одетый пленник.
Надо же, это именно от его предков я удирал ночью по Гаронне, а теперь вот захватил на Араре потомков!
— Пусть оденутся, после чего свяжите им руки за спиной и накиньте на шею петлю, — приказал я своим соратникам.
Вместе с Дуффом мы отправились по берегу реки вверх по течению, чтобы проверить слова тигурина. Он не соврал. Метров через пятьсот река поворачивала почти под прямым углом и становилась уже. Здесь и была паромная переправа, а не брод или мост, как я предполагал. Небольшой паром, на котором помещалась всего две арбы без волов, скользил по канату от одного берега к другому.