Но неужели же сегодня день именно черный?
Когда сын сообщил, что женится, Майя в итоге разрыдалась. Теперь, когда сын привел свою избранницу в дом, рыдал муж. В своей собственной манере – курил и молчал. Но Майя знала, что там, внутри, у него горит. Что-то произошло сегодня, что крепко выбило Илью из колеи. И ему сейчас непросто.
Майя подошла, обняла его сзади за плечи и прижалась губами к макушке – уже совсем не черной, но по-прежнему густой.
- У тебя и без лимона достаточно кислое выражение лица. Съешь лучше конфету, которую принесла эта чудесная девушка.
- Неужели настолько кислое? – спросил муж, обернувшись через плечо. Синий-пресиний.
- Скажем так - тебе хочется дать конфету, – Майя наклонилась еще ниже и прижалась к гладко выбритой щеке своей щекой. - И поцеловать.
И поцеловала.
Илья перехватил ее руку и прижал к своей груди. Майя раздвинула пальцы, чувствуя под ладонью мягкость кашемирового джемпера.
Что бы ни случилось, не бoйся. Это мое сердце. И я не дам с ним случиться ничему плохому.
- Тебе показалось. Все хорошо, – Илья медленно гладил ее руку. - Она влюблена. И ты знаешь... мне кажется, она его понимает. Ведь Юню не каждый мoжет понять. У нее получится.
Тебя тоже не каждый сможет понять, мой милый. Но я научилась. И даже если ты молчишь и куришь – я все равно понимаю."
"- Она и в самом деле славная, - безмятежно согласилась Майя. - И, кажется,и в самом деле его любит. И я точно знаю, что ты мне не скажешь, о чем вы говорили в прихожей.
Муж улыбнулся. Синева отступила. И он даже съел свою половину конфеты.
В ней больше всего счастья.
***
Нелюбовь Ильи к публичным проявлениям чувств куда-то делась. Он осознал это, когда первым делом, после того, как за ним с Таней закрылась дверь лифта, обнял ее.
- Ты как?
- Я счастлива.
И он улыбнулся, прижимая к себе Таню крепче.
Все и в самом деле прошло гладко. А после того непонятного, что произошло во время знакомства с Таниными родителями, не испытывать опасений Илья не мог. Но они, слава богу, не оправдалась.